регистрация
  главная
  рассказы
 
  статьи
  стихи
  ИТ общение
  Миниатюры
  наставления
  истории
  диалоги
  размышления
  романы
 

Назад, к списку статей

'Северное сияние в тундре радужных надежд' Статьи

Северное сияние в тундре радужных надежд

Именно во имя добра и счастья всего человечества и совершаются все самые гнусные злодеяния на этой земле.
Изречение мое.
Придет время, и вы откроете все, что может быть открыто. Но ваше продвижение в науке будет лишь удалением от человечества, и постепенно пропасть между вами и человечеством станет настолько огромной, что в один прекрасный день ваш торжествующий клич о новом открытии будет встречен всеобщим воплем ужаса.
Брехт. Пьеса Галилеей.

Бредя сквозь безгранично долгие (и не только лишь по времени, но и по чувству) совершенно нескончаемые столетия средневековой мглы, лишь малое число из наилучших представителей всего культурного человечества, осталось воистину мудрым, преданным основным жизненным принципам, всецело верным свету прежних (античных) достижений в области разума и духовности.
Именно они эти сподвижники истинного добра и великие страдальцы из-за их подчас непомерной житейской глупости, и пронесли в своей духовности и разуме, те самые блага истинной культуры… причем для всех нас, а в том числе и для тех кто пока еще не столь уж и отличим от животного мира...
Однако и их высокий дух несколько поблек от постоянной необходимости общения с внешним миром невежества, варварства, того что дышал одной лишь атмосферой подлого самосозерцания своей великой значимости в иерархии живых существ, а если более конкретно в своей собственной человеческой стае.
Вполне естественное требование такого рода иерархической лестницы было более чем легко объяснимо, оно ведь само собой навязалось давнему первобытному обществу, учитывая как внешние суровые условия его повседневного существования, а так и еще не отжившие свое обезьяньи инстинкты.
Хотя ясное дело, что в пещере кроманьонцев все это было истинным благом тогдашнего быта.
Но затем, когда люди научились хоть как-то менять окружающую их действительность, им с чего-то вдруг всерьез захотелось создать себе улей с сотами наподобие обители пчел или же тех же муравьев.
Это в свою очередь привело к появлению, куда большей чем существовало когда-либо прежде строжайшей иерархии и только лишь из-за пущей сложности общественного механизма… Вот только едва ли это привело к большей человечности и терпимости к ближнему.
Как раз таки наоборот - это создало все условия к нивелированию человеческих жизней до песка, утекающего у правителя между пальцев, чего не было и не могло быть у вождя древнего племени, знавшего каждого своего человека непосредственно в лицо.
Безличие в свою очередь порождает абсолютное безразличие к судьбе, каких угодно миллионов своих сограждан.
Возникновение больших городов с их маленькими жилищами для абсолютного большинства и бытом несколько все также схожим с первобытным… к тому же еще только лишь усугубленным великими техническими достижениями… в целом удесятерило все пещерные условия в их обновленном цивилизованном варианте.
Изначально сами города возникли из-за наибольшей легкости укрыться за их высокими стенами от окружающего мира, хотя легкость - это чисто иллюзорная.
Конечно, слава Богу, небесные камни (метеориты) каждый день на голову никому не падают, но пожары и болезни снедали людей, уводя их в могилу, куда поболее из-за большей плотности построек, чем, если бы они были несколько далее друг от друга.
Правда тогда их было бы куда труднее защищать от себе же подобных, но стены могли быть и куда пониже, если б речь шла только о первозданной дикости, а ее то в новые времена оказалось уже вроде бы как ничтожно мало, а потому к ней присоединилась дикость новейшая - идейная.
Происхождение ее явно имеет свои истоки от манеры собираться в большие орды, что в первоначальном виде не было привычкой жившего малыми группами - пещерного человека.
То, что побудило людей изменить своим давнишним обычаям, было элементарным устремлением их амбиций стать выше, сильнее и могущественнее.
Человечество оно ведь как вода всегда выбирало себе самый наилегкий путь, а вот за это и заплатило жизнью в очень жестких условиях.
Древний вождь не боялся так интриг со стороны его приближенных, и они тоже не так уж и страшились его гнева.
Цивилизация усугубила и осложнила все имевшиеся ранее противоречия, присвоив им новый статус, не решив при этом не одной из головоломок общественных отношений, имевших место еще в пещерах.
И наоборот присовокупила к ним новые куда более тяжкие, чем, то были ранее свойства общественного организма.
Однако ж культура создала столько прекрасного, способного спасти мир от его же безумства, что цивилизация была вынуждена иногда уступать (правда, только вокруг древних очагов культуры) в плане ее отказа от садизма и измывательства над своим ближним.
Все это достижение одной лишь только культуры, а вовсе не цивилизации, которая может убивать людей как тараканов, весело ухмыляясь, смотря на их безумные страдания по ящику под названием телевизор.
Главное толпе как надо все растолковать и она это все отлично поймет, она ведь до чего же понятливая…
И одна лишь культура, учит морали, а цивилизация от нее наоборот еще и отвращает, поскольку отводит от глаз ее представителей элементарную логику сострадания.
Все у нас теперь объясняется высшими соображениями, а не обыденными и элементарными истинами прежней простой жизни, а как прямое следствие этого утончение старой хитрозадой подлости, дабы протиснуться через угольное ушко в новый мир высоких идей и мыслей.
Еще в античности цивилизованные люди могли, живя в ласкающей их дух атмосфере праздности, выдавливать последние соки из бедноты, обирая ее до нитки и не принимая никаких возражений…
Поскольку культура – это не устроенный быт, а внутреннее чувство прекрасного и высокого…
Многие мракобесы умели понимать музыку и поэзию поскольку для того чтобы внимать ей вовсе не нужна совесть и мораль, а только развитие, а оно может быть всецело односторонним.
Полноценное развитие души идет только вместе с развитием гуманизма, морали обращенной также и вовнутрь, а не сугубо наружу.
Извращенная мораль, обращенная в меч, карающий грешников и злодеев - есть пламень души современной цивилизации, а начало свое она берет из темных веков средневековья.
Тогда всякого посмевшего отойти хоть немного в сторону от протоптанной веками колеи тут же жгли в огне, принося его в виде жертвы Ваалу, во вновь возрожденном язычестве только лишь примерившем на себя христианство, как некую внешнюю одежду.
Заодно еще надев под него «нижнее белье» своей великой святости, что только усугубляло его и без того не лучший моральный облик.
И единственное кто всегда спасал западную цивилизацию от полной потери всякого истинного человеческого облика так это одно только отдельные носители высокой культуры.
Все остальные были навроде змеи отбросившей старую, износившуюся кожу дикости, а вместо нее приодевшуюся в сверкающую на солнце, яркую чешую степенной цивилизованности.
Но внутри у него перемен почти не было, поскольку внешнее изменение формы его внутренней сущности почти что ни в чем не коснулись.
И в особенности, четко это проявлялось в тот момент, когда изнеженный цивилизацией европеец, попадал в дикие условия, при которых вовсе не было никакого закона, как и сдерживающей его хищность общественной морали… вот тогда он вдруг и обращался в истинного зверя, причем невиданного доселе под звездами зодиака.
И одни лишь люди растапливающее своим духовным началом лед в сердцах алчных и ненасытных хищников, останавливали обращение человека во врага всего, что только можно было сокрушить, низведя всякую личность до состояния полнейшего примитива.
И именно им мы обязаны своему моральному чувству и нашей духовности.
Они заполняли ту социальную нишу, без которой не было бы сегодняшнего дня в его современном виде, а было бы варварство и жестокость, лишь тем более грандиозное, в связи с тем, что цивилизация оказывается вполне способна его насаждать искусственно, а человек очень многое воспринимает извне, а не имеет его в себе заранее готового изнутри.
Вот что пишет об этом великий писатель Иван Ефремов в его книге «Час Быка».
«Идиотские критические замечания, поношения, шельмование людей на производстве или в сферах искусства и науки пронизывали всю жизнь планеты, сдавливая ее отравленным поясом инферно. Очевидно, в дальнейшем при той же системе управления будет все меньше доброжелательности и терпимости, все больше злобы, насмешек и
издевательств, свойственных скорее стаду павианов, чем технически развитому человеческому обществу».

Но в том и дело, что технически развитое общество, не заботящееся о поднятии уровня своей культуры, а наоборот старающееся ее во всем упростить, как-либо усреднить массы, обратив их в послушных исполнителей тем самым обрекает их к возвращению вспять к диким предкам… а техническая оснащенность вполне может иногда вдруг стать злющим врагом истинной духовности, поскольку оная имеет своим очагом прямую связь с природой, а не с движущимся и бренчащем железом.
А вот люди, создающие культуру, а не ее жвачное, мычащее и сюсюкающее чего-то о высших чувствах подобие вырывают нас из тьмы дикого невежества, поднимая в нас духовный потенциал.
В то же самое время толпа всегда жила, рождаясь и умирая по тем же раз и навсегда устоявшимся на веки вечные канонам бытия, по которым обитают в этом мире растения, а также впрочем, и все иные хоть сколько-нибудь активные живые существа.
Однако, люди двигающие планету в техническом плане далеко не всегда в духовном смысле лучше обычного обывателя, поскольку само их направление этого вовсе от них не требует, как впрочем, и от тех, кто тем или иным образом, потребляет плоды культуры… да ведь и те, кто ее создает вовсе несовершенны в своем моральном облике.
Но вот беда тот, кто духом своим повыше простого обывателя себя подчас считает, чуть ли не небожителем.
Однако ж, принадлежность к интеллектуальной, якобы хоть в чем-то возвышенной над всеми иными людьми привилегированной касте вряд ли дает, кому-то такое истинное право, расценивать жующих свой хлеб насущный обывателей, в качестве представителей общества, второго, низшего сорта.
Ничем уж таким особенным над ними кто-то такой весь одаренный и неординарный по всем своим душевным задаткам и качествам - вовсе не возвышается.
Это все проблески старого как мир аристократизма, голубой крови рядом с мужичьем, от которого навозом пахнет.
А на самом-то деле простой народ почти во всем идентичен людям со столь ведь ярко выраженными и нетривиальными свойствами их интеллекта, что их мозг с какого-то боку и вправду в чем-то этаком может вдруг показаться на целых полтора килограмма тяжелее, (впрямь как у дельфина) чем у всех остальных, рядовых членов общества.
Причем в своем абсолютном большинстве почти все без исключения люди берут истоки своих корней от практически одних и тех же, не столь уж и далеких предков.
Ведь внук или даже сын рабочего тоже ведь (при наличии соответствующих тому способностей) вполне может еще когда-нибудь стать академиком.
И вся разница между ним и его родителями, всецело себя проявит в чем-то лишь одном и совсем ведь не таком уж и важном.
Поскольку в этой жизни хватает и того, что для самих по себе умственных способностей как таковые - не столь уж и важно.
Например, Чкалов, родившись в 18 веке, летчиком точно не стал, и так оно бы было в том числе, уж коли на момент его рождения, и далее никто так еще и не изобрел рабочую модель аэроплана.
Я так думаю, что и сегодня есть люди талантливые в том, что возникнет, возможно, лишь через пару другую тысячелетий.
Но весь вопрос в одном только развитии, а без него любой гений никто и ничто!
Но раз уж вышло у человека выделиться из остального непривилегированного народа, то это вовсе не чудо, а просто удачное стечение обстоятельств.
Такому человеку только и всего, что было дано пересилить плотно окружающие его внешние обстоятельства и все же приобрести, то развитие его естественных, природных качеств и талантов, какие не имел возможности хоть как-то сформировать внутри себя, никто из его близких родственников или же говоря иначе, обобщенно - ни один из его далеких предков.
Хотя, о чем собственно спор, общество ведь всегда будет более чем неоднородно.
Но все ж таки хотелось бы надеяться, что со временем станет вполне возможным, как следует, научиться, куда как лучше выявлять народные таланты из серой толпы ничем таким не выделяющихся обывателей.
И вот тогда на самом верху общественной пирамиды и появится куда больше воистину достойных людей, а не только потомков важных деятелей прошлого, или же тех, кто принадлежит к некой определенной, просвещенной прослойке общества.
Ведь там почти каждый имеет вполне законное право всерьез рассчитывать на то, что и для него не будь он уж вконец дауном, приберегут тепленькое местечко.
И так оно уже очень даже давно!
Об этом еще Лев Толстой в его гениальной «Анне Карениной» написал.
Вот его слова.
«Половина Москвы и Петербурга была родня и приятели Степана Аркадьича. Он родился в среде тех людей, которые были и стали сильными мира сего. Одна треть государственных людей, стариков, были приятелями его отца и знали его в рубашечке; другая треть были с ним на "ты", а третья треть были хорошие знакомые; следовательно, раздаватели земных благ в виде мест, аренд, концессий и тому подобного были все ему приятели и не могли обойти своего; и Облонскому не нужно было особенно стараться, чтобы получить выгодное место; нужно было только не отказываться, не завидовать, не ссориться, не обижаться, чего он, по свойственной ему доброте, никогда и не делал. Ему бы смешно показалось, если б ему сказали, что он не получит места с тем жалованьем, которое ему нужно, тем более что он и не требовал чего-нибудь чрезвычайного; он хотел только того, что получали его сверстники, а исполнять такого рода должность мог он не хуже всякого другого».

И вот тех, кто славен своим родством и близостью к высшим сферам жизни принято обращать в людей гигантов, а остальные они вроде как муравьи у них под ногами…
захотят, задавят, сколько надо во имя интересов всего славного муравейника…
А ведь для самой серой во всех отношениях личности вовсе не окажется никакой проблемой найти себе высокую должность, если он кто-то кто имеет семейные взаимоотношения с кем-то из высших сфер общества.
И никто из них совсем ведь не образец некого высшего разума!
Как раз таки, наоборот, от полноты грудью вдыхаемого ими воздуха они и творят дикие бесчинства потому что, видите ли, им это можно…
Еще Грибоедов устами Чадского обличал этих ханжей готовых во имя высшего блага общества на высочайший подвиг, прокладывая путь к его достижению телами недостойных хоть сколько-нибудь лучшей на то участи.
Вот слова Грибоедова.
«Которых мы должны принять за образцы?
Не эти ли, грабительством богаты?
Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве,
Великолепные соорудя палаты,
Где разливаются в пирах и мотовстве»,

А почему бы и не проматывать общие народные деньги, если к ним имеется весьма легкий доступ…?
Ведь суд все равно, наверное, оправдает, главное со всеми по-братски поделиться, а то обиженные и обделенные как раз таки более других голос и подымают про кем-то наворованное добро.
Конечно – это не всегда и не везде так, но факт остается фактом, неоспоримо, то, что доказывать себя мыслящим человеком, куда как легче тому, у кого все это было буквально в избытке, и под боком. Так что, в аккурат, именно из-за таких вот жизненных факторов, не так уж и редко одно лишь случайное сочетание хромосом и определяет, кому быть образованным человеком, а у кого к этому может попросту не хватить сил или же его путь, наверное, совсем не будет усеян розами… а это иногда создает холуев с большими научными званиями…
А, кроме того, общество не так уж давно вообще было разделено на своих и чужих, так что простолюдинов вообще за равных себе по интеллекту никто не считал.
Вот конкретный тому пример из «Войны и Мира» Льва Толстого.
- «Ну давай спорить, - сказал князь Андрей. - Ты говоришь школы, - продолжал он, загибая палец, - поучения и так далее, то есть ты хочешь вывести его, - сказал он, указывая на мужика, снявшего шапку и проходившего мимо их, - из его животного состояния и дать ему нравственных потребностей, а мне кажется, что единственно возможное счастье - есть счастье животное, а ты его-то хочешь лишить его. Я завидую ему, а ты хочешь его сделать мною, но не дав ему моих средств. Другое ты говоришь: облегчить его работу. А по-моему, труд физический для него есть такая же необходимость, такое же условие его существования, как для меня и для тебя труд умственный. Ты не можешь не думать. Я ложусь спать в 3-м часу, мне приходят мысли, и я не могу заснуть, ворочаюсь, не сплю до утра оттого, что я думаю и не могу не думать, как он не может не пахать, не косить; иначе он пойдет в кабак, или сделается болен. Как я не перенесу его страшного физического труда, а умру через неделю, так он не перенесет моей физической праздности, он растолстеет и умрет».

Вот оно мнение господ, о своем народе преподнесенное на блюдечке великим писателем.
Я не верю, что Уэльс не читал Толстого такого просто и быть-то никак не могло.
А затем он, написав свою повесть «Машина Времени» уж, не из-за этой ли сентенции великого русского графа у него возникла та самая идея - разделить будущее общество на два биологических вида?
А между тем некоторые - это явно осуществили в нашем сегодняшнем настоящем… как в Англии, так и в России основываясь на одних каких-то идиотских околонаучно безумных теориях о принципиальной разнице между расами или классами живых людей.
Вот чего нашлось об этом у писателя Платонова в его повести «Котлован»
«Девочка могла бы быть и дочерью Чиклина. Мать ее даже хотела, чтобы было так. Но все равно ребенок едва ли был бы лучше и разумнее.
Зачал девочку, наверное, такой же, как и Чиклин, мастеровой человек, стало быть, плоть в ребенке из одного классового котла. А если кто и радовался ласкам умершей женщины, то эти ласки не есть квалификация ребенку. Это не человечество».
Эти строчки были вырезаны цензурой из конца третьей части, так что на бумаге их просто нет, и только лишь в аудиокниге они теперь присутствуют.

Вот до чего уже дошло! Большевики уже и детей по их зачатию стали разделять на классы!
А люди все одинаковые только цвет кожи или что тоже бывает разный культурный опыт и труд делает их несколько иными, но все это эфемерно в свете главного, общего для них всех - единого начала.
Причем то, что является более чем доступным для понимания любого развитого человека, так это осознание того, что области знания очень широки, и понять, кем именно стал бы человек, получивший должное воспитание, никоим образом себе не уяснить, просто составив его общий психологический портрет.
Записав всех обывателей в безмозглых обормотов, невольно делаешь из себя властелина буквально всей видимой вселенной!
А на деле оно в самом принципиальном смысле выходит так, что кроме действительно выдающихся людей, и тех, кто страдает умственной отсталостью, представители различных слоев общества, в целом довольно схожи по параметрам своего среднего интеллекта, выбились ли они в люди или же нет.
Основная разница пролегает в области восприятия окружающего мира, за счет полученного в домашних условиях воспитания и образования, а не в некой голубой крови - аристократизма духа.
Главное на сегодняшний день различие между интеллигентами и всем прочим малообразованным народонаселением, (кроме учебы в университете) заключается по основной своей сути только в том, что первых в отличие от вторых приучили, употребляя, пережевывать пищу не только физическую, но и духовную.
Ведь культура современного цивилизованного человека сама по себе без того внутреннего наполнения, к которому ее может принудить разве что одно лишь до конца продуманное, и во всем разумное воспитание, во сколь же многом еще один только чисто внешний, шелушащийся лоск от удобной и ласковой жизни.
Интеллектуальный труд, сам по себе ведь не облагораживает душу человека, а единственное чего порядком добавляет, так это апломба, морщин на лбу, в чем-то действительно расширяя кругозор, если, конечно, человек сам того всерьез возжелает.
Разнообразие рациона еще не указывает на большую восприимчивость к тому, что не является обыденностью бытия, во всех его обывательских проявлениях.
Потребление человеком всего того, что может дать ему жизнь и природа - процесс естественный и простой.
Поэтому нет никакой причины для возвеличивания самих себя до самых высоких небес из-за одной только способности к осознанному не творческому, а скорее обывательскому поглощению всех тех изысканных душевных благ, что пока что весьма малодоступны довольно-таки многим простым людям, и не только в силу темноты их неразвитого интеллекта.
Поскольку они могут охватить своим мозгом один лишь занимательный сюжет, а не всю красоту и величие замысла.
Но это так только оттого, что обыватели всего навсего к усвоению чего-то нужного для полноценного духовного развития своей личности пока еще вовсе неприспособленны, в связи с обыденными факторами недалекого в самом смысле их бытовых потребностей существования.
Причем речь идет далеко не обо всех, а всего лишь о подавляющем большинстве синих воротничков.
Но те, что зарабатывают себе на жизнь своим интеллектом, просто попали в удачные изначальные условия или же им хватило сил вырваться из их мещанской среды, но это больше удача, запас здоровья - нерастраченных в вечных домашних потасовках нервов, а не какая-то сама по себе голубая кровь.
Но ее мнимые представители зачастую убеждены, что источником их духовности и «цвета крови» являются сотканные из красивых чувств фолианты высокохудожественной литературы.
А это, между тем, абсолютнейшая чушь, потому что дети как маленькие обезьянки во всем берут пример с их родителей, а все остальное для них аморфно и не является живым образчиком для их чувственного анализа, а потому, оно может быть дополнительным наглядным пособием, но не светочем истины во тьме душевных скитаний.
А, кроме того, книги вовсе не приучают человека к здравым и высоким мыслям – это же совсем не то, ради чего они были изначально задуманы и предназначены.
Их предназначение было в том, чтобы приоткрыть человеку мир глазами других людей и именно в этом их основная задача.
Однако некоторые, наоборот, от всеобилия полученных впечатлений посредством разностороннего проникновения в мир книг и полного растворения в нем... на окружающую реальность стараются более почти что совсем уже не оглядываться... поскольку там все слишком серо и невзрачно по сравнению с выдуманным миром светлых фантазий.
А книги надо любить как душу их авторов, а не как изысканное блюдо, поданное в роскошном ресторане под названием «Душевная благодать»
Ведь дело, то вовсе не в благостном умственном и душевном усвоении книг, которое более всего связано с пищеварением, (хотя и в духовном смысле), чем с настоящим душевным подъемом над низинами плотского мещанства.
Оно то и приводит к мыслям о своей великой значительности по сравнению с ничего не значащим песком эпохи, текущем в одном и том же извечном направлении от рождения к старости и смерти.
Подобное видение мира совершенно недопустимо, поскольку самовозвышение над толпой без того, чтобы на свой Олимп пришлось взбираться с рюкзаком за спиной, не раз рискуя сломать себе шею, непременно означает чванство, и засилье образованного невежества.
Оно ведь думает, прежде всего, о своем личном благе, а не об общественном еще и потому что, как правило, считает людей обыденных, недостойными вящей заботы об их интересах, но при этом раболепствует перед идеалами, идеями способными поднять всю людскую массу на борьбу неизвестно за что, но утопически, иллюзорно благородное и чистое во всех своих самых что ни на есть благих намерениях.
Те, кто их несут на щите, обязательно устроят после захвата своей задницей светской власти и престола Господа Бога некое подобие рая с дешевым и питательным рационом за счет рабов, которые могут оказаться всем чем угодно, в том числе и пищей для привилегированной расы или тем более для самих же себя.
Но то в нацистском случае, а при развитом пофигизме реально было все то, о чем написал в своей книге «Час Быка» Иван Ефремов.
«Виды убийства многообразны. Убивают несоответствием выполняемой работы и условий, в которых она проводится. Отравляют отходами производств и моющими химикатами реки и почвенные воды; несовершенными, скороспелыми лекарствами; инсектицидами; фальсифицированной удешевленной пищей. Убивают разрушением природы, без которой не может жить человек, убивают постройками городов и заводов в местах, вредных для жилья, в неподходящем климате; шумом, никем и ничем не ограничиваемым».

Осознать, чем все это чревато и протестовать мало, кто отваживался, потому что книги создают иллюзию нынешнего блаженства, уводят от действительности, служат погостом для духовного идолопоклонства, а в особенности у тех, кто на них молится, а не вдыхает всей душой аромат чужих мыслей и чувств.
Вот как раз таки - это и порождает ответную реакцию и не в виде утробного удовольствия от хорошо переваренного внутри красивого слога.
Ну а как же, те, что являются озверелыми литературными мещанами, как же это у них?
У них было столько души и столько духовности, что никаким прибором не измерить, а вот когда надо воевать, то они почему-то как-то стушевываются, и бравады от них вовсе не жди.
А в мирной жизни так вообще их желание прижаться к власти изобилуют немалым числом компромиссов и полукомпромисов с общественной моралью, и это касается практически всего, где это может грозить их материальному благополучию.
Отсюда и готовность к попранию, каких угодно принципов совести, дабы иметь реальную возможность тихо уйти в свой иллюзорный мирок, в котором нет никаких бурь и всегда тишь да гладь, а вокруг хоть трава не расти.
Вот как описывает это Иван Ефремов в его книге «Час Быка».
«Ученые владыкам помогали во всем: изобретая страшное оружие, яды, фальсификаты пищи и развлечений, путая народ хитрыми словами, искажая правду. Отсюда укрепившаяся в народе ненависть и недоверие к ученым, стремление оскорбить, избить, а то и просто убивать "джи", как прислужников угнетателей».

То, что описывал в своей книге Ефремов, есть диалектическое развитие всепланетной диктатуры, и как бы она себя в дальнейшем не называла - это только детали, а сущность та же с мелкими ответвлениями, существующими только на первых парах.
После полного захвата власти разница неминуема бы исчезла, и если даже и не сразу, то со временем, постепенно.
И самым естественным и прочнейшим трамплином в озеро дикого садистского блаженства и всеобщего страдания масс народа стал прекраснодушный идеализм, заявляющий, что то, что стало как-то понятно как некое обязательное и разумное надо только лишь осуществить на практике и все, а более так ведь вовсе совсем ничего.
Тот, кто собирался - это осуществлять на практике был очень грамотен в идеях, написанных на бумаге, но для истинного осознания необходимых к тому мероприятий - этого было не только недостаточно, но даже и вредно, как и всякий чертеж сразу же перенесенный из бумажных чертежей, в конкретно движущейся, готовый к работе механизм.
Вот так и истинная гуманность изобретателя гильотины оказалась мечом, занесенным над французской культурой.
Хоть сбежать было куда, а то совсем бы страну обезглавили ярые революционеры.
Россия их опыт повторила и преумножила, что совсем не пошло на благо этому еще сколь же неустроенному миру.
Все началось естественно с перевоплощения христианских идей, в подпорку деспотизму, а этого не было до новых просвещенных времен, поскольку народ просто не знал ничего другого, кроме как своей обыденной канвы и особо стараться священникам, возбуждая в нем веру в его будущее блаженство такой уж серьезной необходимости, тогда вовсе не имелось.
Вот что пишет об этом Федор Достоевский в его провидческом романе «Бесы».
«То-есть в том смысле, что чем хуже, тем лучше, я понимаю, понимаю, Варвара Петровна. Это в роде как в религии: чем хуже человеку жить или чем забитее или беднее весь народ, тем упрямее мечтает он о вознаграждении в раю, а если при этом хлопочет еще сто тысяч священников, разжигая мечту и на нее спекулируя, то...»

А чем это не принцип будущего развитого социализма?
Но откуда ж он вообще взялся на этом белом свете?
Ведь из ничего он бы не появился, а значит, его надо было откуда-то выкопать!
А все, оттого что знания о жизни искусственно ограниченные по неудобным для чьего-либо восприятия параметрам, зачастую более дремучая тьма духа, чем принципиальное отсутствие всяких знаний вообще.
Честность, по определению причин, тех или иных явлений требует осознания всех факторов, приведших к тем или иным результатам, и их (в разностороннем смысле) тяжелым последствиям.
При этом важно определить степень ответственности, за все какие–либо кем-либо совершенные действия, а не рассуждать по принципу, «не прав, тот, кто во всем виноват».
Потому что – это грязная полуправда.
Истина, ведь всегда гораздо сложнее и объемнее, чем ее рвотная отрыжка.
Как правило, во всяком деле, в котором было замешено несколько человек - есть и более одного хотя бы частично ответственного - за все конечные крайне плачевные результаты их неправильных и непродуманных действий.
Причина для их деяний или же человек, побудивший их к подобному поведению, не может быть козлом отпущения - за чьи-либо такие тяжкие грехи КАМНЕМ, лежащие на чьей-то болезненной совести.
Амбиции такого рода и превращают науку в хлыст, гонящий человеческое стадо впрямь как скот на бойню, в атомное или же химическое пекло - ада новой мировой войны.
Потому что не так уж и важно кто был в чем виноват, а лишь то, кто оказался в должный момент умнее и совестливее.
Раненная гордость и оскорбленные амбиции могут довести человечество до ручки двери, за которой нет ничего кроме забвения всех наших чувств.
При помощи одной лишь плохо обоснованной логически ненависти, можно спрыгнуть в обрыв чудовищной глупости и кретинизма, последовательно непродуманных действий.
А мир стал сложнее и ЧУТЧЕ к любым сигналам, во имя зла или же добра.
Взаимосвязь между событиями, произошедшими в совершенно различных уголках Земли, стала намного крепче и серьезнее.
Каждый цивилизованный человек, на сегодняшний день солдат армии, вооруженной до зубов новейшими технологиями.
Но только вот во зло и погибель людскую, мало ли кто ими еще и в будущем сможет вполне по-злодейски воспользоваться?
Однозначно ведь только то, что возможности все время растут, а мозг от них сам по себе не усовершенствуется во всем многоликом разнообразии функций развитого интеллекта.
Современные ученые, офицеры и генералы всеобъемлющего технического прогресса, они ведь разве что лишь воюют не единой армией, а каждый на своем отдельном, отведенном ему личном поле.
И для того чтобы массы были довольны, им придумывают все более и более изощренные развлечения делающие иллюзию, все реальней и реальней.
А что же будет в результате?
Можно ведь будет завтра всем этим детям, что сегодня играют в разрушительные игры выдать в руки по пульту управления беспилотным самолетом, снабженным камерой слежения и автоматическим оружием, и с тем же наслаждением, они будут палить в кого, им укажут, сидя в безопасности вполне возможно, что и у себя-то дома.
Но даже если и нет, все равно, писатель Ефремов в его книге «Час Быка» был сколь же прав во всем верно, предвосхитив многие черты будущего 21 века.
«Разрыв между нищей жизнью и развлечениями станет тем страшнее, чем сильнее иллюзия. Обеднение и сужение индивидуальной и общественной жизни человека все сильнее расходятся с теми нереальными видениями, какими его отуманивают.
Искусственное величие, напряженность, полнота чувств в иллюзиях вызывают расщепление психики между призрачным миром и реальностью жизни».

А это означает обилие массовых психозов и религиозных умопомешательств, изощренно направляемых хитрыми гангстерами, в какое либо им одним нужное русло.
Обосновать же свои нехитрые принципы и постулаты им будет не слишком-то затруднительно, беря так сказать за правду любой из видов существующего фанатизма.
А начало все эти «тифозные всполохи» сектантства берут из оторванности от естественных для человека природных условий, скученности, задавленности, проникнутости неверием ни во что святое.
Отдаление от природы само по себе ведет к олигархии, если не политической, то к экономической, поскольку, в конце концов, прокормить такую массу народа станет просто-таки невозможно и тогда найдется кто-то самый юркий и хитрый, кто блеснет мыслью как ЭТО всех так взять ДА досыта накормить.
Иван Ефремов все это предвидел и под другой планетой имел виду нашу, которая крутясь, движется не только в пространстве, но и вместе с солнцем ведет свой ход по галактической спирали, так что в течение двух тысячелетий она сама по себе в другом месте уже окажется.
Вот его слова.
«- Да, мы видели много печального,- согласилась Тивиса,- перебиты все звери, крупные птицы, выловлена рыба, съедобные моллюски и водоросли. Все это пошло в пищу во время катастрофического Века Голода. Погоня за количеством, за дешевизной и массовостью продуктов, без дальновидности, отравила реки, озера и моря. Реки высохли после истребления лесов и сильного испарения водохранилищ электростанций, за ними последовало обмеление и засоление озер».

И это все что останется от усилий человеческого гения использовать во благо человечества все то, что нам может дать мать природа.
А может давно уже пора бы подписать с ней мирное соглашение и прекратить все эти глупые (от их бесплодности) попытки ее победить на бранном поле битвы за ее нам полнейшее порабощение?
А то ожесточенная борьба за знания, иногда всерьез напоминает войну со всяким здравым смыслом.
Еще и из-за того что ведется она зачастую вовсе не за знания, а за научные звания, а также в том числе и за самые оригинальные способы выставить себя властителями и победителями всей слепой и глупой природы, в ее самом незатронутом наукой естественном виде практического положения вещей.
А может ученые решили заключить с ней пари на выживание?
Как то сделал молодой человек из рассказа Антона Палыча Чехова «Пари»
Как только в конце своих мучительных раздумий он додумался, что все еще может пойти прахом Бог его знает!
Но все же додумался и написал:
«Ваши книги дали мне мудрость. Все то, что веками создавала неутомимая
человеческая мысль, сдавлено в моем черепе в небольшой ком. Я знаю, что я
умнее всех вас.
И я презираю ваши книги, презираю все блага мира и мудрость. Все ничтожно, бренно, призрачно и обманчиво, как мираж. Пусть вы горды, мудры и прекрасны, но смерть сотрет вас с лица земли наравне с подпольными мышами, а потомство ваше, история, бессмертие ваших гениев замерзнут или сгорят вместе с земным шаром».

Но те, кому не довелось долго сидеть, взаперти так вовсе не думают!
У них, видите ли, бродит в крови энергия бешеного панибратства с Создателем всего сущего, ведь он у них в таком ведь несусветном долгу.
Мол, он (или же она мать природа) нам так многого в прошлом недодал, так давай значит теперь всерьез, и всесторонне обдумаем все возможные методы и способы, как нам эту тупую высшую силу всецело себе в угоду перехитрить.
Мы же всего-то, что лишь заставим Создателя дать нам то, что он от нас так долго ранее скрывал, и в чем всегда в прошлом столь ведь беспардонно обделял, самым неправедным и наглым с его стороны образом действий.
А если - это вообще слепая мать природа, так может ей еще и накостылять?
Ведь, она сущая зараза сколь же многое нам в прошлом не позволяла использовать себе в одно лишь наивысшее благо?
Хотя может и так выйти, что раз уж белому медведю властителю Арктики, в черепе дырку всеобщим потеплением проделают, то и нам от неурожая вследствие резких изменений климата (засухи и ураганов) всецело точно, то же самое претерпеть доведется.
Иван Ефремов грозно предупреждает нас, о том, чем все это кончится в его великой книге «Час Быка».
«Вообще истребление любого вида немедленно нарушало миллионолетнее равновесие
природы. В силу избирательной направленности всякого злого дела, которую мы теперь называем Стрелой Аримана, уничтожению подвергались животные и растения - преимущественно красивые, заметные, менее приспособленные к новым условиям жизни. Оставались в основном вредные виды. Иногда они размножались фантастически быстро и буквально заливали волнами своей биомассы огромные пространства. Закон
преимущественного выживания вредоносных форм там, где природа неумело коверкалась человеком, постигли на собственном опыте и тормансиане».

А тормансиане это наши с вами потомки, если конечно за голову не возьмутся.
Причем отсутствие чистого и красивого в окружающей среде, сделает мир ужаснее, буквально во всех отношениях, что и доказывать, собственно вовсе не надо.
Охота на природу закончится охотой за полным желудком и пустыней на месте ранее цветущей жизни.
Нам что может быть было бы еще, куда получше до сих пор на лошадях ездить, чем бензином всех и вся травить?
Хотя, кто же станет от нежных удобств отказываться?
А кто - это вообще предлагает?
Нам ведь только надо найти себе альтернативный источник энергии - это не так уж и трудно вот только бы извилинами, как следует пошевелить и всего делов.
Но не тот, что будет еще хуже, чем та отрава, что мы имеем сегодня, а то чего-нибудь совсем дрянное изобретут лишь бы удовлетворить наши все растущие потребности в дешевой электроэнергии.
Так что оптимизм Ефремова насчет истощения запасов естественных ископаемых может себя и не оправдать "мудрые" научные деятели завсегда готовы чего-нибудь еще предпринять, дабы по-прежнему на машинах на той же скорости гонять!
Ефремов «Час Быка»
«Нередко подобная техника становилась непосредственно опасной для жизни. Тысячи переплетений оголенных для дешевизны электрических проводов (тормансиане не знали плотной упаковки энергии в шаровых аккумуляторах) грозили смертью неосторожным. Опасные химикаты щедро и небрежно рассыпались повсюду, входили в производственные процессы, нещадно отравляя людей. К счастью, нехватка горючих ископаемых прекратила дальнейшее загрязнение атмосферы».

У природы между тем повсюду оголенные провода просто их рвя люди ничего не чувствуют, как и при облучении гамма-излучением.
Но это же так интересно играть с ней в «подкидного» то она нам загадку задаст, то мы ей такую головоломку зададим и посмотрим, как она с ней потом сможет справиться, но все это естественно для блага всего человечества, а ради его всенепременного блага можно чем-то и рискнуть, не так ли?
Но как заметил Иван Ефремов в его книге «Час Быка» с природой лучше не заигрывать, а то дураком всегда останешься при любом на то раскладе.
«Природа, в которой мы живем и частью которой являемся, формировалась сотни миллионов лет, через историческую смену уравновешенных систем. В ее настоящем виде эта сложность настолько велика и глубока, что мы не можем играть с природой, пользуясь весьма ограниченными научными данными. Выигрыш будет очень редок, случаен, а проигрышей - без числа».

Но сколь же интересен сам процесс научного поиска - выяснения нового и ранее неведомого, а без экспериментов не бывает результатов, как сказал Ильич, совершив революцию «не разбив яйца нельзя сделать омлет».
Но на деле все это здорово похоже на поведение и образ мысли скромного бухгалтера Корейко, который очевидно из одного рьяного любопытства попытался проникнуть во внутренности небезызвестного турецкого поданного, как оно вполне естественно, что в целях научных изысканий и блага рода людского.
Как это заметил сам пострадавший до этого, как известно попавший под лошадь Остап Бендер в бессмертном романе «Золотой Теленок» Ильфа и Петрова.
«- Заседание продолжается! - молвил Остап как ни в чем не бывало. - И, как видите, господа присяжные заседатели, лед тронулся. Подзащитный пытался меня убить. Конечно, из детского любопытства. Он просто хотел узнать, что находится у меня внутри».

Уверен, что все эти эксперименты над природой от одного проломленного черепа, отличаются разве что только количественно и качественно. Причем речь идет о сугубо мирных технологиях.
А ведь рано нам еще играть во всесильных богов.
Знания – это не одна лишь только сила, но и тот сук, на котором мы все уже очень давно как грузно взгромоздились.
Обрубать то на чем сидишь, дабы насладиться возможностью незримого в реальности, но зато вполне постижимого в плане светлых чувств полета вверх, вещь в корне противоречащая элементарным законам всем известной физики.
Природа выверяла каждый элемент всякой биологической активности живых существ, путем миллионолетий опытов, подбирая методом проб и ошибок самый оптимальный подход к максимально удобному разрешению любых возникающих проблем.
И вдруг нагрянул, как снег на голову, пока еще толком вовсе не ведающий азбуки в области биологии человек и вот раз он решил, что уж, поскольку он такой ведь умный и образованный у него, видите ли, за плечами сто с лишним лет опытов его коллег, он может чего-то там переделывать, поскольку это дает хороший «положительный» эффект.
И насчет букваря - это нисколько не преувеличение, а самая истинная правда!
Жизнь штука чрезвычайно сложная и ее изученность современной биологией вполне возможно сравнить со знаниями простого водителя, хорошо умеющего водить машину, но ничего толком не ведающего как именно она была создана, поскольку все инженерные расчеты выше его примитивных навыков, заключающихся только в том, как именно ему туда-сюда крутить баранку.
Сунул руку, включил зажигание и поехал, но это даже еще и не все, он ведь может, как следует, овладеть знаниями, как именно разбирать свое авто до самых мелких деталей и собирать его обратно, точно зная, куда ему чего привинтить, и будучи правильно собрана эта машина естественно, что будет как надо работать.
А допустим, что этот самый "Кулибин" не получив высшего образования, захочет внести произвольные изменения в конструкцию своего автомобиля... а затем выедет на трассу... кто тогда поручится за жизнь людей, что там ему встретятся на пути?
Если же кто считает себя этаким великим гением, то тогда пусть отправляется на отдаленный остров Моро и там творит все свои чудо эксперименты, а еще лучше на Луне создать законсервированную станцию для всякого рода таких опытов.
Ну, да, конечно, и в большом мире вполне возможно одну овечку клонировать, и то будет прорыв в науке, а потом значит, ее мясо препарировать, и в виде тушки сдать в музей – это все абсолютно нормально. Какие же тут могут быть возражения!
Зачем же маяться дурью, ложась на пути гигантского колеса технического прогресса?
А вот вывести их целое стадо и продавать их мясо в супермаркете - это дикое преступление!
Выращивать генетически измененные злаки тоже (кто знает) немногим меньшее преступление, к сожалению, уже доступное на наш сегодняшний день.
Не обладая знаниями обо всех свойствах и возможностях зверя, ни один дрессировщик не посмеет, зайти к нему в клетку.
Смелость «укротителей» генетиков напрямую связана лишь с тем не в меру упитанным обстоятельством, что их зверь, пока проявляет полнейшую пассивность и, кроме того ранее он никого и никогда не кусал за всякие мягкие части тела.
Потому что до сих пор никому на этом свете и на глаза-то вовсе не попадался.
Зверь - то новый, своими же руками выращенный, вот только может он оказаться пострашнее товарища Шарикова с маузером наперевес.
А что касается селекции видов, то она отличается от сомнительных генетических опытов, точно также как и ношение драгоценных камней до крайности разнится с надеванием на себя радиоактивных изотопов, они ведь тоже, между прочим, в полутьме красиво светятся.
А все от глубины простодушного как само святое неведение невежества, поскольку логики природы создавшей, то или иное свое детище - ученые так до сих пор, просто-таки не осознают во всеобъемлющем его объеме.
Основным достижением современной науки является отлично вызубренное умение что-либо разглядеть в общих на то чертах, дав ему описание, установить его причину, следствие и конечный эффект всех произошедших с ним изменений.
Но этого явно недостаточно, для того чтобы хоть как-то быть во всем и до конца уверенным, что какое-либо серьезное изменение в существующем порядке вещей не приведет в дальнейшем к тяжелейшим осложнениям.
Потому что для того чтобы без опаски что-либо менять, надо понять всю предысторию, не самого по себе вдруг возникшего процесса, да и хорошенько разобраться в том, как именно, он взаимодействует с другими возможно на первый взгляд и совершенно ничего не значащими факторами.
Ведь не зная толком, где шестерка, а где туз, как же вообще кому-то может прийти в голову, с чего-то вдруг усесться за карточный стол?
Ведь если, изначально не ведая самой сути карт взглянуть на туза, то он может показаться швалью, а шестерка козырем.
В карточной игре, где все зависит от случая, а не от системы может поначалу без меры подфартить. И все будет отлично, да вот только до поры до времени.
А затем грянет гром, и откреститься от содеянного станет уже чересчур поздновато.
А дело-то оно в том, что в любом деле важен не незамедлительный эффект, а конечный долговременный результат. Причем, для того чтобы он мог иметь место, нужен тщательно продуманный план действий. А как же его собственно составить, раз на карте познания есть еще столько белых пятен, куда до сих пор еще так и не ступала нога ни одного ученого?
Менять что-либо надо бы с крайней на то осторожностью и вящей опаской, поскольку чего-либо исправить, в случае произошедшего с ним серьезного сбоя в его функционировании, скорее всего, окажется еще, куда большим безумством, чем лезть на рожон, пытаясь обыграть природу в покер, где у нее все карты мечены и затерты до дыр.
После того как она снимет с себя невидимость у нас на руках окажется одна шваль и только.
Но это все естественно неважно, поскольку жизнь, это то, что происходит сейчас, а до далекого будущего нам еще жить и жить.
А если, что создадим большой дружный коллектив, а затем навалившись все вместе на беспомощные и бессловесные клетки, избавим этот мир от всех его вредных для нас проявлений.
Точно как об этом пишет Джон Уиндем в его книге "День триффидов"
"Да у нас же все ресурсы мира, - возразила Джозелла. - Только иди и бери.
- Материальные - да. Но умственных нет. Тут нужна группа, группа экспериментаторов, которые все свое время отдавали бы проблеме, как разделаться с триффидами раз и навсегда. Что-то можно было бы сделать, я уверен. Какой-нибудь избирательный гербицид. Синтезировать необходимые гормоны, которые вызывали бы у триффидов состояние биологической неустойчивости... только у триффидов, не задевая ничего другого. Это было бы возможно, если сосредоточить на таком деле достаточно мозговых мощностей..."

Но их нужно сейчас собирать и не для того чтобы человечеству еще больше до всяких свершений аппетит растравлять.
И, почему собственно, уже измененная природа, должна стать крайней? Как бы в процессе борьбы с ней чего еще худшего не появилось?
Но логика, что зовет на такую борьбу та же железная, что и при борьбе с первичной, естественной природой, и была она выказана умниками мыслящими понятиями пещерного человека, что был далек от мысли переделать весь этот мир, а только лишь среду своего непосредственного обитания.
Сегодня возможности возросли, а мозги в целом остались теми же, что и ранее.
Возрожденная дикость правит бал, потому что Бога нет, а значит и бояться стало вроде бы как более вовсе некого.
Вот так всегда, легче всего найти кого-то крайнего и на нем вдосталь отыграться за все свои прошлые беды и несчастья.
По-моему люди в данный момент хотят отомстить природе за все те неудобства, которые она им создала после того как человек осознал себя в чем-то самостоятельным и независимым от ее извечных - сколь же ему привычных прихотей.
Именно эти амбиции и играют самую решающую роль в максимальном и всеобъемлющем освоении столь вдруг внезапно приоткрывающихся возможностей, без всякого осознания чего-либо того, чем же - это еще может аукнуться для человечества в довольно обозримом, да даже и в самом ближайшем для него будущем.
Действительно вроде бы, как и ни о чем более беспокоиться - все же в наших сильных руках!
Но новые гриппы и СПИД – это только самое начало… в будущем от эпидемий могут помереть миллиарды людей.
Природа мудра своей мудростью, и потому просто сотрет с лица земли вредный для нее фактор - в данном случае человека не слишком-то разумного.
Для действительно целесообразного длани-то у нас еще пока что слишком коротковаты, хотя когда-то были гораздо длиннее, чем они сегодня!
А все достижения человечества - это не более чем успехи малыша научившегося, кидать камушки в безбрежность моря своего глобального незнания об окружающем нас мире.
Конечно, по кругам, остающимся на воде можно судить об его основных свойствах и качествах, но никак ведь не более того.
Прежде чем ставить на колени вселенную, заставляя ее подчиниться нашей могучей воле, надо бы для начала укоротить руки всем тем, кому охота, идя в ногу со временем, потравить всех крыс в погребе старого, грязного мира.
Может сначала самим, надо было, хоть сколько-нибудь настоящий человеческий облик приобрести, а?
Причем речь не идет о чисто внешних проявлениях и добрых, сказочно сердечных намерениях, а о том главном, что отличает человека от дикого животного.
В области практической логики - это, прежде всего, способность мыслить абстрактными понятиями, не имеющими ровно никакого отношения к данной конкретной, крайне раздражающей ситуации.
В этом человек и может отойти от вполне понятного его звериного естества.
И в то же время, когда это касается отсутствия добра, а не чьего-то такого уж открытого зла, то нет ничего более важного, чем осознание, что не так уж и мало раковых опухолей изначально имеют вполне доброкачественный характер и их перерождение не так уж и редко связано с полным пренебрежением к их потенциальной угрозе.
Перенося - это в некие иные рамки можно для себя уяснить, что запускать любые проблемы, социальные, научные, экономические люди не перестанут до тех самых пор, пока не научатся жить разумом, а не сплошными эмоциями и амбициями.
Ведь сколь же много еще людей, что этого делать вовсе не умеют, и совершенно не желают этому научиться. В результате они попадают впросак, в той ситуации, когда было более чем возможно, хорошенько все, обдумав в корне избежать всякого конфликта.
А самая опасная вражда на сегодняшний день – это отсутствие полноценной согласованности в научной среде.
Хватает ведь и таких, что ищут новое и роются в мусорной куче (исключительно для них) загадок природы, единственное лишь затем, дабы оставить следы на пыльной дороге мировой славы.
А что из этого выйдет - это мы еще поглядим!
То есть - это вполне может означать и вот что: сначала создаются явные предпосылки для вредных мутаций, а затем собираются все научные силы ради того чтобы их изничтожить, но естественно, что путем дополнительного вмешательства…
И так до полного умопомешательства…
Конечно, среди людей когда-либо имевших власть, хватало совершеннейших безумных идиотов как тот древнегреческий царь Архелай, что приказал высечь Эгейское море за то, что оно поглотило в своих пучинах его корабли.
Однако эти вещи можно соотнести к историческим курьезам и не более того.
В принципе, все деяния государственных мужей недолговечны, и в веках им суждено оставаться одними лишь только именами собственными в прикладных учебниках истории.
Но с нынешними технологиями, основанными на новейших научных разработках, все еще может быть как-то совсем иначе.
Всегда все новое в психологии человека поднимает на самый верх все прежнее и устоявшееся.
В прошлом - это привело к возникновению злющей тирании на обломках первой на всем белом свете римской республики.
В будущем же на грязной и загаженной как сточная канава Земле, еще окажется возможна тирания, при которой придется существовать поколениям, что придут в этот мир вслед за нашим неразумным племенем баловней - неудержимого технического прогресса.
Кто-то, конечно, скажет, что всего этого просто не может быть, и только лишь из-за того, что хотя люди и до чего же во многом и беспечны… но уж когда их и в самом-то деле, прижмет… то есть если уж они почувствуют, что трон царя природы под задом, вдруг стал возгораться… они с него тут же привскочат и начнут в бешеном темпе тушить созданный ими же самими созданный пожар.
Что правда, то правда еще как привскочат, но только тогда этот самый процесс тушения может оказаться наихудшим видом разрушения всего того, что и так до того момента с трудом уцелело.
Вот оно как! Тушили, тушили, а в результате как оно вполне может оказаться, лекарство, то из-за его полной необдуманности и спешки, в конце концов, проявит себя намного хуже, чем самая гадкая болезнь!
Для продуманных и предсказуемых в своих последствиях действий, необходимы долгие десятилетия тщательнейшей подготовки.
Ведь не за то мама била, что играл, а за то, что отыгрывался. Вот так как раз с матушкой природой и может для нас всех еще статься.
Она нам выпишет по самое первое число за попытку отыграться уже вслед за всем до того причиненным ей диким ущербом.
Я не имею в виду технологии, которыми мы владеем сегодня, а технологии будущего. Я не большой специалист в области точных и естественных наук, но, чисто теоретизируя, как и зная саму сущность человеческой натуры, могу предположить, что будет сделано что-то, что на короткое время самым значительным образом исправит всецело бедственное положение.
Зато потом станет еще куда хуже, совсем уж небо в овчинку. Потому что паника наихудший советчик в те времена, когда может спасти одна лишь холодная, жесткая логика.
Как мне, то кажется – это должно быть некая конденсация парниковых газов в пределах всей земной атмосферы.
Безусловно, вещь с виду полезная, а на самом-то деле жутко опасная!
Но кто же станет рассуждать, когда от голода погибнут миллионы и на этот раз из доселе благополучных районов мира?
Но может, стоило бы принимать меры уже сегодня не ожидая завтрашних бедствий?
Все ж таки, наверное, сама жизнь будущих поколений куда поважнее сегодняшних наших удобств?
Человек, правда, слишком эгоистичен, а беды делают его эгоистичным вдвойне и втройне.
Но если сложных ситуаций в жизни человека не было так вот уж слишком много, он никогда не станет, бесчувственным и мерцающе-бледным, как глубоководная рыба.
Но зато он сам того не зная может быть обитателем кораллового рифа, чья жизнь зависит всего от нескольких градусов перепада температур.
На свете так много неясного, непонятного и запутанного, что просто голова идет кругом от всех этих всевозможных загадок, а кто-то все чрезвычайно упрощает, потому что так ему живется куда как легче и этот праздник в душе его неискореним.
Раз ему сегодня весело и славно, то так естественно оно будет и всегда - и никаких гвоздей.
А все, оттого что лозунг с солнцем у кого-то один и тот же.
А все-таки, несмотря на то, что люди живут в глубинах атмосферного океана, они не могут вот так сами собой, без всяких внешних на то факторов, уподобляться тем глубоководным тварям, что живут на дне другого более плотного океана.
Те существа часто питаются тем, что на них падает сверху в виде падали. Например, иногда на дно морей и океанов оседают корабли, а в них человеческие останки.
Но эта незавидная доля выпадает далеко ведь не каждому, кто всю жизнь бороздит бескрайние водные пространства!
А вот все мы «сухопутные крысы» можем утопить и съесть себя сами от одного лишь только глупейшего желания блеснуть ярчайшим светом, способным затмить собой солнце.
Человек ведь издревле смотрел на свое я, как на венец великого творения и хотел вынуть из рук Бога скипетр власти над всей вселенной.
Однако сейчас - это его знание подкреплено конкретными возможностями, куда большими, чем те, что некогда были у древнего людоеда, когда он, делая дырочку в черепе, выпивал через нее мозг.
Завтра уже будет вполне возможно через малюсенькую щель в черепной коробке, напичкать мозг человека микрочипами для улучшения его функций в том, чем нас обделила такая-сякая, скупая на щедрость дикая и злая природа.
Вот только не было у нее в планах создавать из людей суперменов. Она сотворила их в точности с планом реализации поставленной перед их существованием конкретной задачи, а в дальнейшем утилизации их бренных останков.
Предполагая, как я, что людей создал Господь Бог - вполне ведь можно предположить, что мы получили от него некий тонкий микроскоп, которым по незнанию и собственному невежеству колем орехи.
Придет время и мы познаем, куда поболее о великих возможностях своего тела.
А пока для нас важнее нет, чем не корчить из себя всезнающих богов.
Причем - это до крайности важно и вне всех теорий и теологий, рассуждающих о том, как именно, возник этот бренный мир.
Ведь реализовать лишь бы что вовсе не проблема - это только для того чтобы предсказать все возможные последствия данного действия, сколько же еще столетий кишка у нас будет до чего-то ведь тонка?
Как бы нас природа за всякие там над самою собой "мудрые" эксперименты через ее прямую кишку не отправила туда, где сегодня, блистая скелетами, пасутся гиганты динозавры.
Я имею в виду музей какой-нибудь новой, скажем, дельфиньей цивилизации.
Потому что перед тем как начать чем-то управлять и изменять генетическую структуру даже всего лишь у одних только злаков и овощей, надо бы для начала составить план любых, какие только окажутся возможны в связи с этим резких изменений в окружающей нас природе.
Не на тысячу лет, так может хоть годков этак на пятьдесят.
На дороге ведь человек планирует свои действия заранее, если не желает вот так враз проснуться в деревянном макинтоше.
На широком и пока что еще не очень-то изъезженном пути технического прогресса, движение намного опаснее, поскольку мы не имеем и понятия про все возможные факторы, которые нам там могут где-либо, и когда-либо повстречаться.
И я - это не про себя лично говорю, а обо всех нас сразу.
Потому как это автору видится на наш сегодняшний день - уже на сей момент в чем-то прежнее человечество, сумев некогда построить гигантские корабли величиной с «Титаник» и ему подобные тоже, очевидно, вообразило, что природа уже навеки побеждена силами человеческого интеллекта!
А сейчас у нас уже имеется такой технический потенциал, что позволит во вполне обозримом будущем создать Титаник, (не Ноев ковчег) в который уместится, коли не все человечество, то наибольшая его часть. А может мы и сегодня уже всерьез заняты его всенепременным строительством!
Судоверфь у нас вся планета Земля и все живое на ней может запросто сгинуть в гиблых пучинах человеческой тупости и всезнающего мракобесья.
А если кто и выживет после глобальной экологической катастрофы так еще, быть может, всерьез позавидует умершим.
Шапкозакидательские настроения к чему бы они когда-либо не относились всегда очень дорого обходились ворам, что крали у себя, да и у других элементарный здравый смысл.
Конечно же, легче всего жить красивыми мечтами, но все же лучше не строить радужных планов на будущее, а лишь иногда вздыхать об навсегда уже утраченном в прошлом.
Между прочим, именно сожаления о том, что когда-то было сколь же безвозвратно потеряно, и помогут не совершать точно тех же самых просчетов в будущем, из тех, что могут привести к весьма конкретным и до чего же вредным последствиям.
Построение воздушных замков на будущее не так уж и редко приводит к демонтажу уже воздвигнутого в прошлом и ранее всецело освоенного.
Так что незачем глаголить о светлых временах, о них и так без меры талдычили в 19 веке и начале 20 столетия, а чем все это кончилось, знает каждый, кто хоть что-то желает об том знать.
А человечеству вообще свойственно разбирать за собой рельсы, по которым оно могло бы отправиться в обратный путь. Запасные пути не создаются, потому что к чему – ну зачем они нам?!
Хотя это вполне естественно, что Билл Гейц и Ко отнюдь не идиоты, и, поощряя по-тихому из-под полы «писателей» вирусов программисты компании Майкрософт могут изучить и залатать слабые места своей почти монопольной продукции.
Но что же будет, если какому-то злому гению все ж таки удастся завалить всю мировую сеть. Ведь на компьютерных технологиях, сегодня стоит весь мир.
А интересно держит ли кто чего про запас, на всякий там экстренный случай.
Однако сама проблема как раз таки в том и заключается, что люди показухи ради - горы свернут, а для защиты от любых неожиданностей, приберегать чего-либо стоящее, скорее всего просто-таки не сочтут хоть сколько-нибудь важным и на самом-то деле всерьез необходимым.
Потому что, на данный момент у обывателя нет никаких ощутимых воочию знаний о том, что же с ним вообще случиться, уж коли с ним все ж таки что-нибудь, да необычное да произойдет.
В связи с этим каждый может совершенно безбоязненно держать в руках оголенный электрический провод, не имея и понятия ни о заземлении, ни о фазе. Это дело оно может и поправимое, ежели ему кто-то другой - электрик по специальности, чего-нибудь, да подскажет.
Но раз уж так вышло, что у всего человечества нет о чем-либо таком хоть сколько-нибудь конкретнейших знаний, основанных на реальном практическом опыте, то ясно как божий день, что оно будет к любым угрозам и пророчествам относиться с сарказмом девичьей неопытности.
Вот когда прогресс родит все свои плоды, а они будут уж очень-то горькими, вот тогда-то и начнется град, гром и молнии на светлые головы ученых, что это, их, мол, рук дело, это ведь ИЗ-ЗА НИХ мы дожили до такого вопиющего кошмара.
Хотя потребители и кричали во весь голос - еще и еще благ и удобств!
Нормальная власть она только лишь во имя своего стада живет, и его прихоти виляют ей как собачьим хвостом.
Плохая власть всегда виляет поросячьим хвостиком перед своим народом при помощи лозунгов и воззваний, но в том или ином случае - радость умиленного и сладостного потребления, ослепляет прожектором глубочайшего невежества.
А то, что популизм возьмет вверх, когда законсервированная в трехлитровую бутыль природа вырвется наружу, раздувшись от ботулизма человеческих отходов про то и говорить вовсе не надо, достаточно просто немного знать людскую психологию.
Вещь – это вполне предсказуемая, и злые люди в очередной раз смогут разыграть успешную партию в покер, шулерски переиграв всех остальных осторожных и прагматичных.
Лицедейство, возведенное в принцип так же, как и прежде, в не очень отдаленном от нас будущем, окажет вполне ощутимое воздействие на психику людей, подталкивая их, кому же именно им нужно отдавать свое предпочтение в выборе себе вожака… А когда в воздухе запахнет паленой резиной вынужденно остановленного технического прогресса этот вопрос станет совсем по особому…
Поскольку равнодушие масс к политике оно только пока все относительно благополучно не более…
А когда все станет иначе обязательно выползет некий луддит, что все как надо народу объяснит.
И вот под таким вот соусом толпа может проглотить любые самые жареные факты.
Ведь когда почему-то вдруг стало нехорошо и всем сразу - должен же будет хоть кто-нибудь, но стать-таки крайним?!
Из большинства, как известно, крайних никогда не назначают. Значит, им должен быть кто-то из меньшинства, имеющий хоть какое-либо касательство к нынешним неприятностям.
А вся радость от использования этих уж до чего красочных новых игрушек, что сегодня подарил нам технический прогресс, может очень даже померкнуть, если скажем летом без термокостюма, нельзя будет и носа высунуть на улицу. А естественная еда будет выращиваться в одних лишь теплицах (или же их назовут холодницами) и находится, они будут где-то глубоко под землей.
Природа наверху в это же самое время совсем уже пожухнет от той дряни, что в данный момент активно переводит атмосферу, как и от невозможно жуткой жары.
Конечно же, все эти выбросы в атмосферу – это настолько ничтожный процент по отношению к ее всеобщему объему, что они подобны микроскопической капле в огромную бочку воды. Однако бочку меда можно испортить и маленькой ложкой дегтя.
Я же говорю не только о том, что там уже витает, но также и о том, чем воздух, которым мы дышим, отравят в ближайшие от нас будущие десятилетия.
Кроме того, почва, воды океана и атмосфера во всем между собой взаимосвязаны и загрязнение одного влияет также и на все остальное.
Так что вовсе неважно, куда гадят, а важно лишь то, что мы уже многое загадили, и не собираемся менять своих вреднейших привычек.
Само собой разумеется, что наши потомки, вдруг опомнившись за всего-то недолгие (как впрочем, и сама человеческая жизнь) полстолетия все после нас как следует, очистят и проветрят впрямь как-то помещение сразу же вслед за уходом из него заядлого курильщика.
Но они нам за все эти наши отходы и выхлопы спасибо, ой как не скажут – это уж как пить дать.
Вполне возможно даже полнейшее уничтожение всей накопленной до тех пор истинной культуры, в связи с «огромной любовью» к нам, диким предкам. Вряд ли – это пойдет им на всеобщую и непомерную пользу.
Но раз нельзя вытащить мертвецов из их могил дабы примерно их наказать за все ими содеянное, то возможности, по крайней мере, уничтожить, все то, что было ими когда-либо создано никто не отменял и не отменит.
Вот так и могут поступить наши не столь далекие потомки нам в отместку за то жуткое как торнадо уничтожение – всего того до чего только смогли когда-либо дотянуться наши нечестивые руки.
А, между прочим, возможны еще и мутации в микрофлоре вызванные «хозяйственной» человеческой деятельностью.
Поскольку жизнедеятельность нашей цивилизации, в самом принципиальном смысле, этого слова создает вокруг себя огромнейшие горы нечистот, и если это не наилучшая среда для всякого рода бактерий, то тогда чума - это следствие стерильной (как в операционной) санитарии царившей как в обиталищах, так и общественных местах - средневековых городов.
Самолеты за считанные дни сумеют разнести всю эту заразу по всему белому свету. Инкубационный период, то есть то самое время, пока люди еще будут продолжать чувствовать себя совершенно здоровыми, может продлиться куда дольше.
Джек Лондон, в его пророческой книге "Алая чума" пишет об этом так.
"Прошли вторые сутки, никто не заболел. Мы были, казалось, спасены. Тогда мы еще не знали того, что выяснилось позднее: инкубационный период Алой Чумы длится несколько дней. Поскольку после появления первых симптомов человек умирал очень быстро, то мы предположили, что инкубационный период должен быть коротким. Оттого-то по прошествии двух суток мы и радовались, что никто из нас не заразился.
Но третий день принес разочарование".

А может все-таки у каждого пассажира прибывшего из дальнего рейса брать кровь из пальца, и мазок из горла, так на всякий случай! Но кто же это будет делать – раз это выльется в немалую сумму денег!
А, кроме того, зачем же из-за всякой чуши и вящей ерунды беспокоить весьма уважаемых людей, ведь в дальние рейсы отнюдь не жители нищих негритянских районов Нью-Йорка куда-то летают.
Кроме всего прочего тут еще и сказывается фактор расслабленности от удобств и мнимой безопасности, что создает в человеке технический прогресс, являющийся куда чаще причиной расхалаженности, чем большей смекалки по преодолению всевозможных трудностей, которых у природы хоть отбавляй.
Вот что пишет об этом великий писатель Иван Ефремов в его книге "Лезвие Бритвы"
"Даярам постеснялся подойти, приветствовал обоих издалека и поторопился забраться в самолет, уже изрядно нагревшийся на солнце. Лишь после взлета они с русским уселись рядом на свободное сиденье в хвосте и говорили о том, как возможность быстро перебрасываться на далекие расстояния изменила жизнь людей. Перемена в окружающем мире совершалась буквально в считанные часы, и так же поворачивалась жизнь, вынуждая к изменению действий, решений или привычек. Не удивительно, что такие резкие повороты в жизни человека, разрушая весь привычный его уклад, подвергали нервную систему большим напряжениям и требовали прочной психики. А по условиям цивилизованной жизни организм ослабевал, и получался разрыв между требованиями нового и состоянием человека".

Вот если человек по-настоящему умен, он замечает намечающиеся тенденции еще в самом их зачатке.
Но большинство не обратит внимание на глас вопиющего в пустыне, пока оно само не почувствует запах гари.
Значит надо ждать, покамись люди опомнятся, а это может оказаться слишком уж опасно!
Террорист номер один во всем этом ни на веки благоустроенном мире – исключительно одна лишь человеческая беспечность, и из-за нее могут умереть миллионы и миллионы и только ведь оттого, что биологи и врачи никогда и ни за что не потребуют превентивных мер, по предотвращению возможности распространения - смертельных эпидемий.
А человек, кроме всего прочего, теперь стал лезть во все углы, да щели. А вот жила где-то была какая-то там экзотическая, жуткая микрофлора, а археолог или спелеолог залез, куда ни поподя и вытащил ее на свет божий. Вот вам и мировая эпидемия.
Причем только из-за того, что кому-то, и вовсе-то невдомек, что нужно хоть как-то предохраняться не только в одном лишь вполне естественном хотя и не всегда безопасном процессе любви к женщине, но и беря от природы все то, что она не была столь милостива, предоставить нам сама.
Сейчас-то речь идет вовсе не о том, чтобы дать чего-нибудь попробовать и пороху понюхать смельчакам, которым может и жить-то до старости не слишком уж охота.
Риск на сегодняшний день выглядит совсем в ином свете, чем, то было некогда в древности. В опасном и довольно-таки авантюрном мероприятии участвуют все жители планеты Земля, где бы они ни жили. А, кроме того, им про то и знать-то, вовсе не дано, как и тем баранам, которых пастух пригнал, постись на склон пробуждающегося вулкана. Мол, он всегда так гудит, а что немного трясет и пепел в воздухе реет, так, то ерунда все ж до сих пор однозначно хорошо кончалось.
Оно, конечно, ясно, что человеческое стадо обожает собирать урожай плодов и ягод освоения всего нового и неизведанного раннее. Ведь найдя себе новые грибы или какие-то ранее никогда им не попадавшиеся ягоды - древние люди естественно, что сделали бы их частью своего повседневного рациона.
Поначалу, они как оно и понятно убедились бы, что от них не мрут, и они не приводят к сильному расстройству желудка, но на такое дело храбрецов подбивать или же дураков искать нужды не было…
Они сами завсегда ведь находились, а вот чтобы сразу все люди толпой чего-нибудь новое в пищу употребили такого ранее никогда не бывало.
Вожди хоть и с дубинками ходили, но к такой дурости призывать бы не стали.
Но с другой стороны, чего же нынешним вождям делать?
Ведь нынче людей стало куда как больше, чем их было всегда ранее, а пищу нельзя продавать свежей и вкус ее, если она дешевая, оставляет желать много лучшего.
Поэтому в ход и идут всевозможные биодобавки. А от них же не только толстеют. Я считаю, что возможны также и более опасные, долговременные последствия от всего сколь же бездумного использования всевозможных искусственных средств для лечения, мелиорации и всего того, чем только человек сегодня загаживает себя изнутри, а также плотно окружающую его природу.
Понятное дело, что если чего - какая эпидемия грянет, то нагрузка на почву резко уменьшится и все.
Но как бы при этом не рухнуло человечество, в новую яму очутившись как в мышеловке, у нового популистского меньшинства.
Оно вовсю завопит о всенепременном скором возврате к старым временам во имя прежнего цвета неба и возрождения загубленной техникой природы.
Но, единственное, что вернет, так это старые оковы древнего рабства.
Кто-то может сказать и как же все это автор предлагает предотвратить, неужели путем естественного, ненасильственного возвращения назад к природе?
Нет!!! Подобные предложения граничат с клиническим идиотизмом!
Да и то граница - эта довольно условная все зависит только от степени серьезности намерений.
Я и не думал кому-либо предлагать, что не было бы ничего лучшего, чем просто вернуться в доиндустриальную эпоху и этим решить сразу же все сегодняшние насущные проблемы, а также избавиться и от всех возможных будущных неприятностей.
Колесо истории никому уже вспять не повернуть!
Единственное, что пока может быть и удалось бы хоть как-то осуществить на практике, так это перестать делать деньги там, где нужен нормальный, здоровый прагматизм.
Фармацевтика производит горы лекарств, вызывающих наркотическую зависимость. Их продажа позволяет кому-то набивать себе карманы деньгами за счет людей страдающих хроническими заболеваниями. В то время как гомеопатические средства могли бы стать гораздо дешевле, кабы их производство взяло себе на вооружение государство.
Они же ни в процессе своего изготовления, не возвращаясь назад в природу, ни на каком-то генетическом уровне, никакого вреда причинить вовсе ведь не способны, уже исходя из самой своей природы.
Вот что писал обо всем этом писатель Иван Ефремов в его романе «Час быка».
«Она рассказала, как близоруко ошибались те, кто торжествовал, побеждая отдельные проявления болезней с помощью средств химии, ежегодно создававшей тысячи новых, по существу, обманных лекарств. Отбивая мелкие вылазки природы, ученые проглядели массовые последствия. Подавляя болезни, но не исцеляя заболевших, они породили чудовищное количество аллергий и распространили самую страшную их разновидность - раковые заболевания. Аллергии возникали и из-за так называемого иммунного перенапряжения, которому люди подвергались в тесноте жилищ, школ, магазинов и зрелищ, а также вследствие постоянного переноса быстрым авиатранспортом новых штаммов микробов и вирусов из одного конца планеты в другой. В этих условиях бактериальные фильтры, выработанные организмом в биологической эволюции, становились своей противоположностью, воротами инфекции, как, например, миндалины горла, синусы лица или лимфатические узлы. Утрата меры в использовании лекарств и хирургии повредила охранительные устройства организма, подобно тому, как безмерное употребление власти сокрушило охранительные устройства общества - закон и мораль».

Вот только он не конкретизировал причины подобного подхода в их экономическом смысле, а ведь они тоже крайне важны!
Люди очень любят власть над себе же подобными, а для этого нужна либо удобная идеология, либо то, что является силой способной сдвинуть с места любой вагон чьих-то непомерных амбиций.
Им бы как следует призадуматься, о том, что цистерна общемировой глупости, будучи прицеплена к тепловозу технического прогресса, доедет до ближайшей же станции глобальная экологическая катастрофа, где всем нам и сходить на нет.
21 век может оказаться столетием всеобщего поражения перед силами в определенном на то смысле, вполне разумной, выверяющей каждый свой шаг тысячами и тысячами проб природы.
Но уж где кому об том, как того бы вполне следовало вдумчиво задействовать свой немалый интеллект раз власть загребущие видят один лишь свет, в конце длинного туннеля - старой примитивной жизни.
А выползая наружу из тьмы глубочайшего невежества нам надо было бы, как следует помнить сколь многое, мы еще не знаем и как опасно идти вслепую на ощупь, вовсе не ведая, где пропасть, а где усеянная цветами межгорная равнина.
Стоя на одной ноге всю Библию на зубок никак не освоишь, зато от долгой и неудобной позы можно ведь еще и мордой в грязь рухнуть.
Я нахожу, что человечество, играя в классики, учится, управлять этим миром, считая себя его новым творцом.
Хотя там где выход, там и вход - это же самая простая буквально во всем элементарная логика.
И в принципиальном на то смысле тот прежний, хорошо исхоженный вдоль и поперек мир действительно может послужить запасным выходом, или же точнее будет так сказать, входом в гужевое и пешеходное будущее.
А именно в том самом пиковом случае, коли уж так оно случится, что мы все-таки утопнем в непролазной топи последствий, бесконечных кровопусканий как будто бы неисчерпаемых природных ресурсов. Это ведь и будет единственным выходом для вконец загнавшего себя в тупик вдруг совсем одичавшего человечества.
Однако ж оно до той немыслимой степени еще окажется способно его совсем уж завалить, что обратно ему даже и на четвереньках-то, не вползти… ну никак ему этого просто не удастся.
Конечно, все это бред сивой кобылы в глухую августовскую ночь, но ведь яснее ясного, что-то, что не является изведанным на чьем-либо конкретном горьком опыте, люди никак же не способны не осознать, ни даже хоть сколько-нибудь принять к сведенью.
Научиться чему-либо, возможно, разве что только когда споткнешься и пребольно ударишься об (уж, что тут поделаешь) всегда и во всем отрезвляющую землю.
Вот когда искры из глаз посыпятся, то и окажется, что чего-то мы недоглядели.
А это падение может оказаться слишком болезненным для всех тех, кто, являясь лишь пассажиром планеты Земля, вот так сразу рвется с чего-то вдруг всенепременно в один единственный счастливый для него самого миг всенепременно стать ее будущим капитаном.

А обида на обстоятельства, мешающие нам более полно овладеть всеми секретами бытия, только отсрочит долгожданное избавление от устоявшегося, (впрочем, как и все прочие догматы общественной глупости) одного лишь неистового роя наглых мыслишек о всесилии человеческого разума над слепыми инстинктами дикой природы.
Я полагаю, что для начала нам следовало бы еще должным образом подучиться, и лишь тогда обретя все необходимые для того нужные навыки - сделаться хотя бы матросом, юнгой нашего необъятного бытия.
А то люди смотрят на достижения отдельных личностей, как на некое всеобщее достояние.
Мужи государственные стараются выжать из прогресса максимум пользы, прилагая при этом самый минимум, любых хоть сколько-нибудь тяжких для их более чем удобного (в уютном кресле) самосозерцания - умственных усилий.
Леность ума или же тела, общечеловеческое свойство. Как правило, все без исключения искатели легких путей развития общества или науки во всем стремятся прийти к конечному результату, сознательно не прибегая, где это только станет для них возможным, к физическим или же любым духовным нагрузкам.
Одно лишь подавление в себе этих естественных для очень многих людей качеств, путем правильного воспитания, создает человека способного добиться от жизни чего-либо большего, чем простое ни к чему не ведущее прозябание.
А возможен к тому же еще и успех несущий тайное, невидимое глазу зло!
Такой научный труд может быть и сизифовым, но только не из греческого мифа, а из реальной жизни и не один лишь камень покатится вниз, но и все человечество вместе с ним.
Так как любое самое благостное в смысле всех его последствий завершение какого-либо важного опыта никак не сможет послужить залогом настоящего длительного успеха в течение затем последующих веков.
Всем известно, что поднять самолет в воздух отнюдь не самая важная и основная задача для самого опытного пилота.
Посадка намного важнее взлета и если великолепный аэробус разбился при приземлении, то неважно, какие в нем были созданы удобства и новшества для всех его пассажиров.
А вот картинка из не очень далекого будущего: два оборванных дикаря смотрят на развалины, обиталище диких мутантов. Один молодой, а другой уже древний старик в свои 45 лет говорит, что когда он был юн, этот город был полон жизни, а нынче повымерли все.
Вот как пишет об этом Джек Лондон в его книге "Алая Чума".
"Всюду стояли автомашины: владельцы бросили их из-за того, что вышло горючее, а в гаражах ничего нельзя было найти. Помню один такой автомобиль — на сиденьях лежали мужчина и женщина, оба мертвые, а неподалеку, на тротуаре, — еще две женщины и ребенок. Куда ни повернись — страшно смотреть! Крадучись, словно тени, куда-то спешили люди: бледные, как полотно, женщины, прижимающие младенцев к груди, отцы, ведущие за руки ребятишек… Шли поодиночке, парами, целыми семьями, стараясь поскорей выбраться из зачумленного города. Некоторые тащили за собой продукты, другие — одеяла и ценные вещи, но многие уходили совсем налегке".

Ясное дело, что так оно и будет и сразу же по целому ряду причин, если, конечно, человечество вдруг не опомнится к чему сегодня, есть некоторые весьма существенные признаки, но их ведь явно недостаточно, потому что главными остаются одни лишь имперские интересы, а экология по-прежнему задвинута на самый задний план.
Наверное, кто-то ждет пока все пять стихий пойдут на нас войной!
И игра воображения может быть только лишь в смысле представлений о том, что мир нами изменяемый вечно как-нибудь стерпится с подрывом всех основ своего естественного существования - на этой земле.
В конце концов, жизнь отплатит нам той же самой монетой, что и мы ей.
Вырвав из сердца жалость к роду людскому, она утопит его в клозете им же самим созданном.
Вот он вам и весь технический прогресс, в его истинной справедливости, к тем, кто, взяв лопату, сами же себе роют могилу в зыбучем песке - неожиданных как яблоко по черепу открытий.
Данный плод, упав с высоты в сто двадцать этажей способен на деле помочь открыть новому Ньютону, тот прискорбный для него факт, что законы притяжения физических тел, пока еще отменить никому так и не удалось.
Разрушение чего-либо устоявшегося приводит к падению в пропасть, и достаточно будет одной маленькой гайки, что отвалится от вечно действующего механизма живой природы и наше всеобщее крушение станет попросту неизбежно.
А всевозможные над ней эксперименты к этому нас, тем более способны привести.
Поскольку чем выше и значительнее открытие, тем больше у него может быть неожиданных и нежелательных, побочных эффектов.
Просто, что же это выходит? Есть результат, бери и пользуйся, а чего он когда-нибудь в будущем в виде сурового сюрприза еще преподнесет, так, то совсем ведь не наша с вами забота.
Так что уж коли так сразу ничего такого не происходит, то пусть за все будущие проблемы будет болеть голова у тех, кто в этом будущем после нас окажется.
Ведь сложные решения потребуют больших и существенных капиталовложений. А кто ж на них-то пойдет, если нет риска, завтра же очутиться по самые ушки, в жутком дерьме мерзко пахнущих неприятностей.
И вроде бы мы создаем сегодня новый и более удобный для нас мир.
Но получается, то все как раз таки, наоборот, поскольку самый элементарный способ – это разрушение, а значит и деградация. Технический прогресс и есть явный регресс природы, а отчасти и человека вместе с ней.
Как очень верно подметил в своем рассказе «Усомнившийся Макар» Андрей Платонов.
«Не то тут особые негодяи живут, что даже растения от них дохнут! Ведь это весьма печально: человек живет и рожает близ себя пустыню! Где ж тут наука и техника?»

А наука и техника и созданы как раз таки для того чтобы все вокруг разрушать, воздвигая вокруг нас свой мир на обглоданных костях доселе живой, но до чего же примитивной, дикой и глупой природы!
И если человек чему и поспособствовал так - это разве что лишь развитию и усовершенствованию вредных явлений среди живых организмов.
Крысы, к примеру, раньше в одной лишь только Азии водились.
Корабли развезли этих хитрых и вредных животных по всему остальному миру.
Да, и, к примеру: вакцинация заставляет микробов мутировать, а это в свою очередь принуждает медицину усиливать действие антибиотиков на тело человека. Так что выходит, что нет ничего легче, чем найти способ, ведущий во тьму грядущих страшных как лавина в горах, бед и несчастий.
Правильные пути трудны, потому что безопасность и удобства стоят довольно-таки дорого. Но скупой как оно всегда, в конце концов, заплатит дважды, однако - это даже не вопрос понимают ли акулы большого бизнеса, ту самую цену, в которую обойдется всем нам отсутствие хорошо налаженной системы утилизации всех наших сегодняшних отходов.
Конечно, кому это собственно надо обо всем этом уже нынче побеспокоиться, раз уж разноцветный снег завтра же на землю выпадать не станет.
Кислотные дожди тоже пока что еще весьма и весьма мягкая вещь.
Но, в конце-то концов, они тоже могут оказаться довольно-таки страшным явлением нового жуткого бытия.
Судя по всему, последствия процесса засорения природы долгое время могут быть скрытыми и незаметными, поскольку окружающая нас среда обильно и без всяких там обид впитывает брошенные в нее плевки, но когда-нибудь она широко улыбнувшись, всецело отрыгнет их назад.
Вот тогда и начнутся цветные дожди, такой же снег, дикие непрекращающиеся ураганы по всему миру, жара под 70 градусов, от которой придется спасаться, прячась в специальных холодильных камерах.
Конечно, кто-то грамотный в науке скажет, что - это все сплошная дикая чушь, поскольку ни в формировании капельной массы в облаках, ни в возникновении кристаллов снега ничего кроме молекул воды не участвует.
Это истинная правда!
Но вот только не вся - возможны облака взвеси, с которыми по пути к земле встретиться льющаяся с неба вода или оседающая на землю снежная масса.
И это также естественно, как и грязная вода!
Этого пока нигде нет, и вряд ли когда-нибудь будет?
Оно и понятно, что пока этого еще нет, ведь процесс этот должен для начала набрать достаточную мощь, прежде чем станут заметны все последствия бездумных действий, по отношению, к матери всего сущего - природе.
При этом люди никак не замечают, что мир изменяется к чему-то значительно худшему, ведь все перемены протекают в очень медленной, вялотекущей форме.
Вот только обратить их вспять, когда эти процессы уже начнут, как следует набирать обороты, будет куда труднее, чем завязать шнурки, упав мордой, об асфальт.
Ведь тогда вновь сможет прийти к власти ничтожное меньшинство, что будет печься лишь о своих собственных, корыстных интересах.
Для начала оно понятное дело наобещает сделать все так, чтобы мир изменился к лучшему, то есть, к тому прежнему, чем он ранее был.
Популизм во времена беды лучший завтрак для объевшегося неприятностями разноликого народа.
Всенародный гнев, сметет все имеющиеся на тот роковой для всего человечества момент на сегодняшний день всесильные институты власти. Кто-то, конечно, скажет, что этого просто не может быть, потому что такому не бывать никогда!
Однако люди могут все по-тихому обговорить, новые технические возможности будут к тому еще одним и совершенно ведь не лишним подспорьем. Как и понятно, что никакие ядерные чемоданчики, ну никак того не смогут предотвратить.
Все же можно нейтрализовать, если в том действительно появится такая уж крайняя на то нужда.
Самое главное - это чтобы не возникло такое новое положение вещей, при котором немалое число людей начнет ненавидеть свою до того во всем им приемлемую власть, потому что - это именно она, мол, и довела их до такой ужасной жизни, а значит ей напополам с учеными и достанутся все шишки.
А потому надобно стараться не создавать ту ситуацию, когда шквалы и катаклизмы доведут до того, что станет слишком затруднительно удержаться у руля власти.
Во имя того чтобы этого не произошло - надо все заранее так спланировать, дабы все меркантильные, сиюминутные интересы не задымляли черными красками тьмы невежества - синее небо у нас над головой.
Ни у Бога, ни у природы не выпросишь снисхождения за проявленную героическую глупость по отстаиванию сегодняшних, своекорыстных интересов в ущерб грядущих поколений. Им же жить еще на этой планете, зачем же продолжать, выкорчевывать леса, губя при этом всю устоявшуюся экосистему?
Может пора задуматься, как достичь большей урожайности с уже освоенных под земледелие земель?
Как этого всего добиться?
Ну, так не обработкой же химикатами зачастую вовсе не убивающих каких-то вредных насекомых, потому что таковых просто не существует, в самой природе вещей.
Надо было искать научные методы, а не применять даже к жукам нацистско-большевистские методы решения вопроса.
Вот, например, аудиочистоты, можно ведь обнаружить и такой вот жалящий мозг насекомых звук, от которого все что ползает, разлетится во все стороны на километр вокруг?
Или же - это может быть ультразвук или инфразвук.
А то с современными химикатами получается не борьба с паразитами, а с ними невеселое сотрудничество!
Вот как это описывает писатель Сергей Алексеев в его романе "Рой".
"Гусеница вырастала, окукливалась и скоро вылетала бабочкой, серой и ничем не примечательной. Порхала себе по деревьям, ничего не ела, не губила и лишь сеяла бессчетное количество невидимых простым глазом яиц.
И все три года тайгу посыпали с самолетов единственным тогда средством - дустом. От дуста передохло все живое, кроме шелкопряда. И если раньше хоть птицы склевывали гусениц сколько могли, то теперь их никто не тревожил. Пожар смогла погасить только сама природа. Дождливой осенью яйца шелкопряда вымокли, а суровой зимой вымерзли, но стремянская тайга уже стояла черная и весной первый раз попробовала гореть".

Вот она мудрость человеческая!
Травля зла во всей ее красе!

Или куда лучше как то было у Высоцкого в его стихотворении (не в песне).
"Я думаю - ученые наврали -
Прокол у них в теории, порез:
Развитие идет не по спирали
А вкривь и вкось, вразнос, наперерез».

А может все-таки надо было бы поискать чего-то поумнее чем совершенно идиотское опрыскивание химией, от которой гибнет гораздо больше живого вообще, а то, что вредно урожаю, получается, что только наоборот еще куда более процветает?
Я думаю, что нечто такое обнаружить было бы вполне возможно - правда это будет посложнее чем, набредя в лесу на муравейник, облить его бензином и поджечь, чтобы затем иметь возможность переночевать пару дней без надоедливых насекомых прямо у себя же под боком.
Оно и понятно, что человек выбирает себе самую легкую дорогу, а тем паче - это так, когда у него на голове восседает массивная начальствующая задница, и требует НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНЫХ результатов.
Но может с ней все ж таки не всегда так строго следует во всем считаться, а то от распаханной целины пользы не больше чем от марсианского грунта в неком глобальном, будущном масштабе.
Помнится, вроде бы именно от обилия большого количества саванн - обезьяну внезапно с чего-то вдруг побудило слезть с высоких деревьев и стать человеком. Мне так думается, что великое изобилие гор мусора создаст новое разумное существо (крыса). Она встанет на задние лапы и даст под зад человеку неумелому, заняв его прежнее место на вершине эволюции.
Может это и злой сарказм, а все ж таки золото осенних лесов нельзя сменить на унылость железобетонных конструкций, не убив при этом чего-то самого главного и, прежде всего, внутри своего собственного сердца.
Так что чем больше здравого смысла уделяется тому, как бы утрясти всякую грязь, дабы извлечь из нее самородки личных выгод, тем лишь более и более, в песок уходят надежды на лучшее, чем прежнее существование, во всех будущих веках.
Правда, зачем нам про них сейчас думать придет время и пусть они о себя сами подумают, однако условия их существования закладываются нами уже сегодня…
Это непонятно даже большинству ученых, а не только простым обывателям - автору этих строк – это уж точно доподлинно известно.
А вся загвоздка с пониманием она лишь в том, что суть тех многочисленных проблем, которые нынешнее поколение оставит будущему миру, просто напросто крайне далека от абсолютного большинства грамотных в науке людей.
И не только потому, что они всегда и везде вполне соответствуют всем известной поговорке «Пока гром не грянет, мужик не перекрестится».
Дело тут и в личном неудобстве, ни с того ни с сего вдруг становиться занозой в заду у начальства, которое защиту природы вовсе не поощряет.
А значит, пока не начнутся гигантские катаклизмы, в общемировом масштабе - люди по большому счету и пальцем-то не пошевелят, дабы хоть как-то изменить свое отношение к окружающей нас среде.
А ведь всевозможные бури и другие возможно также и геологические катаклизмы (земле вовсе ведь не все равно, что с ней творят) могут привести к катастрофическим изменениям в человеческом обществе.
А это чревато откатом к старым методам управления государством. Вот что страшнее всего. Отсутствие демократии захлопнет перед самым носом у человечества дверь в более достойное будущее. Либо оно скатится назад ко всякому прочему зверью, либо вообще уничтожит весь этот мир в его сегодняшней, прекрасной сути.
А катаклизмы тоже вещь более чем ужасная, так как у людей нет средств, для того чтобы, хоть как-то, по-настоящему защититься от разбушевавшихся сил природы.
Она же способна изничтожить все, что создавала до того за целые миллионы лет.
Мир животных и растений, конечно, со временем возродится, но уже, к сожалению, без нашего на то участия.
А между тем людей на данный момент интересуют те же самые вещи, что и стадо диких и злых павианов. Кто будет вожаком? Войны за территорию и более удобное место под солнцем.
Вот так и выходит, что смысл духовного прогресса не доходит до стада думающего лишь о хлебе насущном, а его пастухи именно в этом самом вопросе как раз таки наиболее воинственно примитивны.
Их обязывает к тому высокое положение в обществе. Вот потому-то духовный прогресс и буксует, поднимая вверх фонтаны прежней, и из-за того еще более мерзкой грязи.
Точнее будет сказать, что, если бы все усилия были направлены в разумном направлении, то, как оно вполне вероятно, было бы уже давно изыскано, какое-либо практическое решение, скажем, как, к примеру, уничтожить или хотя бы как-либо ослабить надвигающийся, разрушительный ураган.
Но для этого надо было всерьез подумать не только о том, как бы получше сделать ядерную боеголовку, абсолютно неотвратимой угрозой для проклятого идеологического противника.
Ведь, рассуждая одним лишь неуклонно логическим путем, кроме идеологии Америке с Россией делить, по большому счету, совсем вроде бы было собственно нечего. Просто застарелое как пролежень противостояние, все еще никак не может отслоиться от умов старой гвардии генералитета и политиков, так и не промолвивших гудбай своей коммунистической ностальгии.
Эти военные бонзы так ведь все еще и живут прежними имперскими иллюзиями, никак не желая признать тот факт, что жизнь требует иных не башмачных по столу решений.
Люди вообще смотрят на мир, глядя прямо в глаза своей собственной душе и ее потребностям, а другие вещи до них доходят лишь тогда, когда они вдруг обнаруживают, что чего-то кому-то все ж таки стало ну совсем ведь не по нутру, а то и впрямь-то совсем ведь поперек горла.
Вот только страдают многие из них близорукостью или же дальнозоркостью, в смысле широты своего кругозора, и видят лишь то, что им более всего по вкусу, а все остальное стараются всего-то, что вовсе не замечать, пока их в это кто-либо буквально носом не ткнет.
Это делает тот, кто выше их по званию или же по должности, но кто же им, самим-то чего-либо укажет, когда они творят всевозможнейшие инфантильные глупости?
Во что же могут обойтись человечеству детские игры мускулами промеж тупоголовых от их сверхамбициозности политиков?
Не пора ли переходить, к всемирному сотрудничеству всех развитых государств вместо глупой войны амбиций, кто, где прав и кто где имеет право, а кто и вовсе-то нет, прошмыгнуть - туда или же сюда - под самым носом у кого-то другого более чем он правого и достойного.
А ведь чем больше склок по поводу и без повода, тем меньше средств по достижению взаимопонимания, которое и должно, в конце-то концов, покончить с дурацким никому ненужным противостоянием между двумя никак не застрявшими друг у друга в самом дыхательном горле государствами.
Марк Алданов в его книге «Самоубийство» приводит хорошую реплику на этот счет.
«И главное, они неизмеримо меньше интересовались тем, что по существу и определяло политику правителей Европы: злосчастной идеей престижа, наделавшей столько бед человечеству».

А действительно многие проблемы между государствами очень здорово напоминают склоки соседей по коммунальной квартире с той только единственной разницей, что они носят куда более широкий и разрушительный характер, и органы порядка никого вовремя не разнимают. А теперь в связи с развитием технологии так и вовсе уже может статься, что жить станет совсем уж некому.
Небось, в гробу все уж точно помирятся?
Ведь все дело с уже почти ушедшим в прошлое мировым противостоянием, заключалось лишь в одном том, что Россию из тайги дремучей дикости занесло в тундру вечной мерзлоты, абсолютно невозможных ко всякому их осуществлению надежд.
И вот тогда ярчайшее сияние красивых на бумаге идей и привело к тому, что люди длиннейшей вереницей, потянулись как стрелка компаса на север, безвозвратно теряя в своей жизни всякое иное направление.
Именно это и стало результатом неудачного эксперимента недалеких людей, что хотели изменить этот мир к лучшему, не зная, что он в этом нуждается не больше чем больной в белых тапочках.
Не вооружившись столь необходимой ему искренней помощью со стороны интеллигенции, большевистский режим не устоял бы на ногах, и обязательно бы рухнул через какой-то месяц после своего кровавого появления на свет.
Россия стала колыбелью революции, в основном лишь потому, что в ней нашлось достаточно большое число экспериментаторов, готовых превратить свое общество в некое сущее подобие Икара, отправив его пинками под зад к солнцу высших истин.
Так сказать, будучи совершенно в том уверенными, что их такой глупый и невежественный народ, поневоле приучится видеть мир в совершенно иных красках, чем, то ему было свойственно, всегда ранее. Поскольку выбора-то у него вовсе же нет!
Вот провели бы они такой эксперимент над самими собой, и то было бы во всем нормальное личное право человека распоряжаться своей личной судьбой.
Скажем, собравшись все вместе, устроили бы маленький городок в тайге. Сибирь, то ведь она большая. Вот там бы и сотворили промеж своими единомышленниками общество по принципам Карла Маркса.
Так нет же, им таки надо было вмешаться в чужие судьбы и на деньги иностранных держав (хотя вполне может быть, что им про то совсем ничего их вожди не докладывали) совершить переворот в отсталом аграрном государстве, с большим человеческим и научным потенциалом. А все же вот была бы ради эксперимента выбрана такая отсталая, и столь ведь нуждающиеся в развитии страна как Зимбабве, и весь мир уж столько-то лет не висел бы над глубочайшей пропастью ядерной катастрофы.
А ведь после нее живые, явно позавидуют тем, кто помер вместе со всеми мгновенной смертью без долгих мучений от ужасающих даже чисто внешне - радиоактивных ожогов.
Как-никак негроидная раса самая угнетенная из всех - вот ее бы на самом родном ей континенте и освобождали бы от колониального рабства мудрейшие в области социальной справедливости - товарищи марксисты.
А то от их распрекрасных намерений, угнетение чуть ли в ядерном котле не сгинуло вместе со всем человечеством в придачу.
Его жалкие остатки я так думаю, угнетение бы не истребили, а заново в его самом наихудшем виде возродили.
Потому что не все же станут в итоге этой войны импотентами. Но вот именно те, кто все-таки смогут родить детей, скорее всего, захотят их тут же истребить из крайней жалости к ним, а мутации в животном мире – это же будет дикий кошмар!!!
Однако ж, пока весь этот ужас одна лишь только химера, мелькающая в виде жалкой тени на горизонте неопределенного будущего. Вот поэтому-то люди и отказываются относиться к ней хоть сколько-нибудь продуманно и всерьез.
Потому что человеку смотреть в глаза правде о том, что происходит в его стране во стократ тяжелее, коли эта истинная реальность недалекого будущего во всем противоречит тому, чего бы он так хотел бы видеть. Например, свою державу, кому-то так ведь хочется узреть великой и сильной.
Прямо-таки в сиянии ярчайших светил, а иначе говоря, звезд и не на каком-то жалком флаге, а на варяге, что не сдается врагу и плывет себе по морю гордости и славы.
Но только ничего из этого мертвым уже никогда ведь не понадобится, а раз их еще и хоронить-то станет вовсе ведь некому или скажем, совсем уже нечего останется хоронить, то какая уж тут к чертям собачим, может быть, великая слава?
Но зрение у людей сколь же избирательное, вот и видит каждый из нас только, то, что ему более всего по вкусу, а остальное старается просто-таки не примечать в своем всецело развитом сознании, скользя по нему совершенно равнодушным взглядом.
Потому что так устроена природа человека, я полагаю, что на заре цивилизации, когда не было столь многих важных и критических для общего выживания факторов – это было более чем очевидным и логичным.
Главное было заметить основную опасность, к примеру: голодного, саблезубого тигра, что так ведь жаждет перекусить тобой на его дневной сон грядущий. И в то же время на каждую корягу, что могла попасться тому человеку под ноги, обращать какое-либо серьезное внимание было ну совсем же не с руки.
Люди так и остались с теми же самыми принципами, какие у них были еще в каменном веке. Одно лишь по-настоящему переменилось, облегчились тяготы существования, а значит и была приобретена в качестве подарка от господина прогресса сытая уверенность в бесконечном продолжении всеобщего сегодняшнего благополучия.
То есть чистая в своей естественной наивности душа была заменена урбанистическим холодным практицизмом более страшным в его продуманной жестокости, чем самая суровая и изощренная в ее извечном варварстве – всегда голодная дикость.
А кроме всего остального, прочего заодно есть еще и то, что чем больше сил по изменению мира накапливается в людских руках, тем скорее, величественных в одном лишь их горлопанстве дураков во всем тянет гордиться своей мнимой причастностью к этим новым могучим мощностям.
Потому что для них - это в основном один лишь и только способ на другом - более высоком, крутом как ярчайшие звезды уровне, утвердить свои непомерные амбиции, а о завтрашнем дне им думать как-то ну совсем же недосуг. Потому что, когда он уже настанет, у всех нас будет только еще поболее сил, дабы изменить этот мир и лишь еще к одному самому для него и прежде всего для нас наилучшему.
А между тем всю ничтожность наших знаний обо всем, что нас всецело окружает, может почувствовать на своей собственной шкуре мультимиллионер, заболевший неизлечимой болезнью.
Однако о том, что весь мир может заболеть раком предстательной железы в результате человеческой деятельности, про то совсем не думают, те, кто его переделывают в угоду своим личным амбициям, а не в связи с какими-то новыми, действительно насущными потребностями всего человечества.
Многое ведь развивается и усовершенствуется лишь в угоду чьим-то непомерным чаяниям, взять да обратить всех без исключения людей в потребителей своей успешной продукции.
Смысл делания денег естественно не только в их количестве, а скорее в том, какой экономической властью окажется способен обладать, тот, кто их при себе имеет в достаточном на то объеме, ради осуществления своих самых грандиозных планов.
Причем жадность часто невежественных или же даже поболее того глубоко безразличных в том числе и к судьбе своих собственных отпрысков - алчных дельцов, имеет самое прямое отношение к пещерным или же еще допещерным, стадным взаимоотношениям.
Но я не слишком-то критикую цивилизацию, за то, что все, что она вообще умеет – так это только лишь потреблять, и совсем не более того.
Но при этом я в точности знаю, кого будут уничтожать как крыс, если послезавтра в друг возникнут резкие и вовсе неположительные изменения в самих условиях нашего всеобщего обитания – на этой планете.
Я имею в виду, в первую очередь ученых. Они же сами-то и вовсе-то не осознают, какую же именно яму они роют, подкапываясь под столь естественный и вечный ход вещей и событий.
Ведь ими владеет жажда большого эксперимента, который, прежде всего, преумножит их весомость в научной среде и вящее (в собственных глазах) величие, а лишь затем послужит во благо всего человечества.
И именно из-за первого, а не из-за второго рьяные деятели науки довольно часто охвачены таким впрямь рвущим их душу на куски, жгучим желанием - выпить буквально безграничное море глобальных знаний обо всей вселенной.
А кроме того им хочется отчитаться перед властью о выполнении социального заказа и получить за это вполне причитающуюся им соответствующую мзду.
Вот что пишет об этом великий писатель Иван Ефремов в его романе «Час Быка»
«Эвизу приютили инженеры из класса "джи", люди, стоявшие повыше на иерархической лестнице.
Потому и комната и кровать у нее были немного просторней, чем у Чеди. Каждая ступень в иерархии Торманса выражалась в каком-либо мелком преимуществе - в размерах квартиры, в лучшем питании.
Эвиза с удивлением наблюдала, с каким ожесточением люди боролись за эти ничтожные привилегии. Особенно старались пробиться в высший слой сановников, стать "змееносцами", где привилегии возрастали до максимума. В ход пускались и обман, и клевета, и доносы. Подкупы, рабское усердие и звериная ненависть к конкурентам - Стрела Аримана неистовствовала, отбрасывая с дороги порядочных и честных людей, умножая негодяев среди "змееносцев"...»
И там же:
«- Да, да! Я не могу обойтись без них, без этих "джи", но не верю им. Ученые - обманщики, трусы и ничтожные прислужники. Во многих поколениях они обманывали правителей и народ Ян-Ях, и, насколько я знаю, то же было в старину на Земле. Они обещали, что планета может прокормить неограниченное количество людей, и совершенно не учли, что земля истощится задолго до назначенной ими предельной цифры. Не учли вреда химических удобрений, отравивших растения и почвы, не учли необходимости определенного жизненного пространства для каждого человека. Не понимая всего этого, они не постеснялись выступить с категорическими заключениями. И в результате вызвали страшную катастрофу. Восемьдесят лет Голода и Убийств! Правда, за ошибки и наглость они расплатились. Тысячи ученых повесили вниз головами на воротах городов или перед их научными институтами».

Конечно, не все ученые одним миром мазаны!
Но расплачиваться, то придется им всем и безо всякого разбора!
Да, и вообще можно говорить о всеобщей направленности, а она не очень-то зависит от отдельных личностей.
При этом очень многим современным ученым совсем ведь невдомек, что они сколь же многого еще и знать-то не знают, и ведать не ведают.
И дело тут вовсе не в умении описать и вызубрить все имеющиеся в природе те или иные процессы, а в тех главных побудительных причинах и факторах, что способствуют возникновению различных явлений в их сокровенной сути, а не в виде их внешних проявлений, что вдоволь попадаются на глаза нашим нынешним ученым.
То есть я говорю не о знаниях, о том что, как и где происходит, а о пока еще скрытой взаимосвязи между самыми различными процессами в живой природе.
Подсмотреть-то, к примеру, можно и в женской бане, но подсмотреть не значит овладеть.
Когда же речь идет о научном познании, то – это самым естественным образом обозначает понимание, как именно осуществляется взаимодействие между всеми столь разноликими факторами. А эти самые разнообразные явления природы нисколько, между тем, друг с другом самым наглядным образом несвязанны кроме как в одной, но наиважнейшей их детали все они вместе взятые обеспечивают наше всеобщее существование.
А пользу извлекать вполне доступно и рубя тот сук, на котором сидишь.
Пока его рубишь, тебя так приятно укачивает, и дерево жизни тебе разве что только колыбельную не поет.
А вот, скажем, могут же какие-нибудь дикари подглядеть за работой кочегара и сообразить, что ежели в топку паровоза кидать побольше угля, то он у них поедет куда как шибче.
Откуда же им знать о принципиальных свойствах котла, коли все чего, они вообще осознанно умеют так это лишь подбрасывать в топку уголь.
Как бы современные ученые все вместе не оказались на месте этих самых невежественных дикарей!
Ведь выгода то явная, наш паровоз вперед летит, а вот, где и когда взорвется котел, то почувствуют на своей шкуре одни лишь наши потомки, вот только б им остаться после всего этого живыми и здоровыми.
Но они же еще могут оказаться вследствие всех этих мероприятий недалеких высоких лбов - одними лишь окаменевшими изваяниями в геологических слоях Матери Земли. Чем-то вроде общего для всех нас памятника, посвященного дикому и алчному скудоумию!
Потому что корни базаровщины в частичной отмене всей великой и необъятной многогранности мира и отказе ему в его никем еще до конца неизведанной глубине и трехмерности.
А раз мир у нас плоский, то его можно препарировать как ту же лягушку, только инструменты надобно взять более весомые и совершенные.
Для того чтобы их приобресть, мол, надобно двигать вперед науку, сея интернациональную бездуховность, как и создавая социальные теории всецело оторванные от элементарного здравого смысла.
Ведь всякая истинная духовность зиждется на национальном самосознании, не имея при этом совсем ничего общего с национализмом, потому что любовь к своим духовным истокам лишь изредка переплетается с ненавистью к чужому и инородному.
Большой талант, как правило, выше подобных проявлений, но у него может просто не хватить сил, противостоять внешнему диктату общих устремлений, в интеллектуальной среде.
Если же говорить об огромных дарованиях в области естествознания, то там отрицательно сказывается совсем другая интуитивная черта, а именно амбициозная уверенность в своих силах одолеть «слепые законы природы» и заменить их «разумными» человеческими.
А ведь прежде чем проводить эксперимент, любой социальный или же научный, и не в каких-то там микроскопических масштабах, нужно было бы хоть процентов на 80 твердо осознавать все его возможные последствия.
А если все же это как-то и не так, то как оно уж точно в целом-то выходит, что сколь же многие смелые экспериментаторы относятся к своему поколению как к мусору истории. Им все кажется, что его надо бы, как следует, перемолоть и до конца вымести весь тот сор, что от него сам собой отсеется, дабы в будущем из него вышло хоть что-либо путное. Однако менять к чему-либо лучшему нужно всего лишь только ныне живущих людей!!!
Всякий кто замахивается изменять еще не родившиеся будущие поколения, если чего и сможет так это лишь изменить к худшему тех, кто уже сегодня по этой матушке земле бродит, неприкаянный и нуждающийся в постоянной защите, в том числе и от самого себя, но никак не в идеях абстрактного никем еще толком не понятого царства свободы равенства и братства…
И смысл всех изменений всегда в их конечном результате, а не в том, как людей объединило воедино прекрасной сказкой о неких светлых, лубочных идеалах.
Потому что для того чтобы сделать их былью надо изменить не людей, а долго и планомерно всю систему их жизнеустройства. А уж коли правители, которые должны быть избраны народом, (а как же собственно может быть иначе?) смогут жить по принципам равенства и братства, то и общество под них обязательно подстроится, но разве что только очень, очень медленно.
Хотя такой вот власти на данный момент было бы просто невозможно управлять своим народом, но ведь именно оттуда из центра и расползаются по всей стране миазмы невиданного ранее зла.
Например: в государстве Израиль в начале восьмидесятых годов заказное убийство стоило 100 тысяч долларов, а лет за десять до того почти всякое насильственное лишение человека жизни, ставило на уши полстраны.
Старый патриархальный еврей исчез, а вместо него возник совсем другой тип человека, жаждущий самоутвердиться, во что бы то ни стало даже ценой многих других жизней.
А ведь нынче можно кого-то заказать и за достаточно ничтожную сумму (для Израиля) 4000 долларов.
И основной аспект случившихся перемен заключается, прежде всего, в том, что до крайности снизилась цена человеческой жизни, поскольку как элита израильского общества стала с некоторых пор прозападной, переняв все ее представления о том, что такое есть человек.
В чисто политическом смысле некоторая ее часть стоит горой за мир даже ценой лютой войны со своими же гражданами евреями, но в личностном плане жизнь человеческая для них более ничто такое столь уж важно как-то было ранее.
Он ведь (вредный человек) может быть и чем-то вроде мухи, что почем зря жужжит и потому ее надо бы обязательно прихлопнуть. Именно так это и было с Игорем Тальковым. А его убийца, спрятавшись в Израиле в отличие от Григория Лернера, был практически в полной безопасности.
Просто все еще взаимосвязано и с тем, кто кому сильно насолил, да и в суп сходил по малой нужде.
От этого на сегодняшний день зависит столь многое, что об том, и говорить особенно не стоит, и так все понятно.
А просвещенное цивилизованное общество, само собой приучает к фактически рефлекторному подчинению властям, без всяких раздумий и хотя бы беглой оглядки на свою собственную совесть.
И человек мог быть честным и порядочным до тех пор, пока его не засосала пучина государственной машины, все колеса которой смазываются исключительно одной лишь коррупцией, никак иначе она ни в жизнь не сдвинется с места.
Значит раз так, то верить, что этот механизм, будучи искусственно реорганизован, может сделать резкий прорыв вперед – это, знаете ли, пристальный взгляд в зрачки собственного воображения.
Причем, чем легче смотрится, тем дальше от реальности, а значит и от настоящей житейской пользы.
Давно пора понять, что не так уж и редко разница между достижимым и желаемым пролегает по минным полям обманутых надежд.
Есть же такие люди, что перемахнули путем чтения прекрасных произведений художественной литературы через все пороги нашей нелегкой жизни, и ходят себе по этой матушке земле так ни в чем, и не желая соприкасаться своим возвышенным нутром, с тем, что есть грязь и дерьмо.
Можно подумать, что всякая нечисть может исчезнуть только лишь оттого, что ее всего-то, что вдруг все враз вообще перестанут замечать?
Как раз таки вовсе нет, и подлинная идеальная чистота может проистекать только из такого непреложного бытового фактора, что кто-то начнет ползать по всем темным углам, протирая коленки, и выгребать оттуда всю завалявшуюся там безмерную мерзость. Нынче так – это задача полиции или милиции.
Однако лишь технический фактор, это, и есть то самое единственное, что может серьезно изменить криминогенную обстановку, прежде чем – это произойдет в связи с реальным улучшением самой человеческой природы.
Камеры слежения на каждой улице смогут создать довольно-таки серьезные проблемы всякого рода хулиганам.
Маска на физиономии, если - это не карнавал тоже ведь привлекает к себе пристальное внимание, кроме того камеры можно еще и до того усовершенствовать, что никакие маски преступникам уже не помогут.
Конечно же, затем чтобы ограбить богатого ювелира злоумышленники приобретут соответствующее дорогое оборудование, но простому хулиганью оно будет явно не по карману.
Но все это возможно соотнести к тем положительным сторонам технического прогресса, что будут использованы, скажем так, демократическим правительством во благо своих добропорядочных граждан.
Но всякое государство тяготят одни лишь заботы о сегодняшнем и насущном.
А на все что касается будущего всего человечества ему довольно часто попросту начхать.
А ведь создавая новые модели машин, нужно было бы всегда в первую очередь вкладывать самые максимальные средства, в уменьшение количества их вредных выхлопов в атмосферу.
Но проблема то в том, что все те губительные вещи, что люди причиняют природе, не дают о себе знать вот так незамедлительно, а лишь накапливаются, как грозовые тучи где-то там далеко на горизонте.
Вот был бы среди высоколобых людей, что сегодня управляют нашей планетой, хотя бы один опытный капитан, он уже давно забил бы тревогу. Только откуда ж ему взяться, раз он еще никак вовсе не мог успеть уже появиться на свет.
Разве что из будущего он к нам смог бы сюда заявиться, но тогда ему придется доживать свой век в доме для умалишенных.
И это вовсе не потому, что мы все такие уж и впрямь умные.
А вот у наших предков как я о том думаю, ума и страха поболее было, чем его есть у нас, не очень-то их дальних родичей. Потому как они тогда верили во всяких вредных духов, и могущественных богов.
И вот поэтому строя лодки, а затем и корабли те древние мореплаватели, в первую очередь, тщательнейшим образом изучили все до единого повадки моря, прежде чем они решились отправиться, в какие-либо далекие по нему путешествия.
Да и рисковали те моряки только сами собой, а не своими семьями, что почти всегда оставались где-то там на берегу.
Нынче ж берега нет, вся планета превратилась в один полигон на котором, двуногие пока еще, слава Богу, не двухголовые, пробуют создать себе самую роскошную жизнь, которая только вообще возможна при помощи второй природы, что сегодня столь активно вытесняет собой первую.
Люди нынешнее ни в черта, ни в Бога (по своей внутренней сути, а не по неким внешним признакам) не верят, а за дьявола держат соседа, который подминает под себя их исконную зону политического влияния.
А эти самые межгосударственные дрязги и разборки из-за территории могут привести к смерти всех до единого людей сразу!
И вот тогда переделить окажется возможным один лишь всеобщий, а не на каждого в отдельности гроб на колесиках всеобщего технического прогресса.
Человеческое бытие, как правило, не основано на взаимопонимании и довольно часто есть необходимость разбирательств, причем тот, кто оказывается сильнее и заносчивее, тот и прав даже в простых семейных отношениях. А если говорить о взаимоотношениях между правительствами, то и там действуют те же принципы, потому что нет никакого различия между малым и большим, когда - это касаемо человеческой психологии.
Общая доминанта присутствует всегда и везде и только лишь выражается по-разному в зависимости от характера самого человека. Под этим я подразумеваю, прежде всего, любовь, дружбу, неприязнь и ненависть. Они всегда возникают и застывают в одних и тех же формах добра и зла, лишь изредка слегка видоизмененных чьей-то конкретной индивидуальностью.
Но на все – это накладывается огромное количество личностных оттенков людей, которым хочется всякого разного, а решение принимается одной лишь малой группой лиц, вот и получается каша-мала из самого огромного числа компонентов.
Но основным козырем все равно остаются одни лишь амбиции, и это им убогим решать, чему быть, а чего же еще нам будет возможно хоть как-то в будущем избежать.
Потому что не дай-то Бог человеческой натуре соприкоснуться с какими-то дикими, не проходящими в течение нескольких лет несчастьями.
Пользы от добра удобств ни на грош не останется, уж коли доведется всему человечеству сесть в кислотную или же атомную лужу из-за его младенческого недопонимания того, что на данный момент является для него всего лишь крайне опасной игрушкой.
Причем развитие человека как личности, независимо от таких мелких по своим параметрам факторов, как технический прогресс без того чтобы он был сознательно направлен на то чтобы сделать людей образованнее и развить и усилить в них чувство морали. Как же - это вообще можно сделать?
Воруют ведь не для того чтобы попасться, а ради того чтобы получить от этого максимальные удобства и выгоду. В случае же, когда кража незамедлительно обнаружится и ничего кроме неприятностей – это никому и нигде сулить уже не будет, то никто ж тогда на нее просто не пойдет.
Истинных клептоманов не так уж и много.
Точно также возможно говорить и о прививании хороших манер и нравов путем ударов электрошоком, а не отсидкой в течение нескольких месяцев с такими же, как сам воришка биндюжниками.
Вся эта шпана оттуда только значительно хуже, чем была, выходит. От этого зачастую совершенно никчемного наказания толка вовсе нет, хотя быть может власть имущим, вполне удобен этот террариум с гадюками, которые затем время от времени выпускаются обратно на волю, как-никак эти мелкие воришки, отвлекают внимание общества от главных ворюг, что крадут больше всех и из общего кармана.
Но вот выдали б подростку хорошую порцию электрического тока - это ведь вовсе не смертельно, но зато крайне поучительно.
Уж лучше малец, несколько месяцев своей жизни просто не проживет, чем он приучится быть постоянной угрозой обществу.

Вот, что думают о тюрьме как о методе исправления два великих классика русской литературы.
Достоевский «Записки из мертвого дома»
«Но я твердо уверен, что и знаменитая келейная система достигает только ложной, обманчивой, наружной цели. Она высасывает жизненный сок из человека, энервирует его душу, ослабляет ее, пугает ее и потом нравственно иссохшую мумию, полусумасшедшего представляет как образец исправления и раскаяния».

Чехов «Остров Сахалин»
«В пользу системы общих камер, я думаю, едва ли можно сказать что-нибудь
хорошее. Люди, живущие в тюремной общей камере, - это не община, не артель,
налагающая на своих членов обязанности, а шайка, освобождающая их от всяких
обязанностей по отношению к месту, соседу и предмету. Приказывать
каторжному, чтобы он не приносил на ногах грязи и навоза, не плевал бы на
пол и не разводил клопов - дело невозможное. Если в камере вонь или нет
никому житья от воровства, или поют грязные песни, то виноваты в этом все,
то есть никто».

И зачем же во многом экологической статье приводить упоминания о местах не столь отдаленных?
А дело в том, что технический прогресс всю планету скоро доведет до полного истребления свободно существующей в его естественных ареалах жизни.
А после человек и сам окажется, заперт в казематах подземных убежищ.
И в то же самое время общество не готово поступиться своим эстетическим чувством, дабы не создавать подпольного мира с людьми крысами, запертыми в специально для этого отведенном чулане.
Слава Богу, что Россия стала возвращаться к старым добрым временам и кроме царских часовых поясов, пожалуй, скоро восстановится и былая система поселений.
Вот что пишет о царской тюрьме доктор Чехов в его книге «Остров Сахалин».
«Стадная сарайная жизнь с ее грубыми развлечениями, с неизбежным воздействием дурных на хороших, как это давно уже признано, действует на нравственность преступника самым растлевающим образом. Она отучает его мало-помалу от домовитости, то есть того самого качества, которое нужно беречь в каторжном больше всего, так как по выходе из тюрьмы он становится самостоятельным членом колонии, где с первого же дня требуют от него, на основании закона и под угрозой наказания, чтобы он был хорошим хозяином и добрым семьянином».

Но каким же он выйдет из тюрьмы это всем известно!
Законченным бандитом и варваром, не приспособленным более к естественной и нормальной жизни.
Нужно ли это кому-то обращать плохих людей в зверей?
Конечно же, нет.
Но дело в том, что люди уж слишком-то жалеют свои распрекрасные чувства, а вот уж коли их что-либо конкретнейшим образом доводит до самого белого каления, то они стараются решить всю проблему обухом.
Скажем, поставив человека к стенке или же заперев его в тесной клетке с ему же подобными.
И оттуда из-за решетки на свет божий выходят уже не люди, а их некий иной подвид имеющий образ, но зачастую не подобие человека.
А ведь электрошок тоже сможет отнять (при помощи науки правильно все рассчитав) у того кто преступил закон энное количество лет жизни и менять законодательство вовсе не будет какой-либо нужды!
Конечно – это очень бесчеловечно подвергать людей электрошоку, но ведь и они что-то такое натворили, за что их следует примерно наказать.
При этом оставив им приличные шансы вернуться полноценными гражданами в нормальную жизнь.
Что же касается вреда для здоровья, то тюремный срок его вовсе никому не добавляет.
Причем никто и не думает, что преступника совершившего самое ужасное злодейство можно при помощи той же самой науки, сделать прямо-таки лежачим инвалидом.
Надо будет лишь оставить саму возможность путем повторной операции возродить его к полноценной жизни, раз уж вдруг выяснится, что он вовсе не был ни в чем таком в самом деле виноват.
Или же он искренне через много лет раскается и горько пожалеет обо всем им содеянном.
Зачем же тогда все эти электрические стульчики и газовые камеры, где он может умереть быстро и почти безболезненно.
А для более страшных преступлений террористического характера возможно еще и припасти психотропные средства, чтобы уж точно ошибки-то не было.
Можно ведь раз уж речь идет о страшном злодее, совершившем что-то непомерно жуткое и злое заодно еще, и позаботиться о том, чтобы он до конца дней своих мучился и горел как в аду.
Так нет же, никто этого не сделает, потому что все это крайне неэтично. Вот разве что, если это что-то личное, то тогда врач может попросить своего коллегу или друга немного ошибиться и человек, когда-то 40 лет, назад уведший чужую невесту, всю оставшуюся жизнь будет мучиться или во время операции коньки отбросит.
А заправскому эскулапу - это полностью сойдет с рук, как и кому угодно другому ошибившемуся, выполняя свои непосредственные обязанности, на что у него есть диплом и образование.
Недалекие люди частенько припоминают друг другу все старые обиды и оскорбления. При этом далеко не всегда, те, кто преступают закон, затем имеют с ним хоть какое-то дело.
Как говорится, уж коли все как надо обдумать, то кражу или аферу вполне возможно сделать делом вполне законным и добропорядочным по отношению к не умеющим толком распорядиться своим имуществом лохам.
Подобное поведение никак не преследуется государством, потому что не представляет для него ни малейшей угрозы.
Вот пока правительства всех развитых стран не научатся воспринимать интересы каждого из своих граждан, как свои кровные и близкие сердцу заботы, никакого реального прогресса в духовной сфере человечество на практике не осуществит.
Оно только тогда начнет жить по законам равенства и братства, когда не останется чужих проблем и все тяготы и заботы станут и впрямь-таки общими.
В этом по моим представлениям равенство и братство само по себе и заключается.
А пока что нам лишь сплоченностью в некое одно единое целое всех наших усилий и станет возможно хоть сколько-нибудь отодвинуться от края пропасти, куда толкает людей бездумный технический прогресс.
Вся великая беда с этим Аладдином, и не из арабской сказки, а всамделишно созданного нашими человеческими руками, заключается в том, что нет никакой защиты от лавины новой информации об окружающем нас мире.
Теории строятся и рушатся, а их практическое применение далеко ведь не повсеместно основано на хорошо обоснованных и проверенных данных.
Господин эффект правит бал, а он может быть очень опасен в далекой, не завтрашней перспективе.
Нам же было ну до чего ведь важно вот именно сейчас, так с наскока освоить, к примеру: все возможности мобильных телефонов. Вроде бы они не вредны для здоровья, но всякие там навороты, потребовали значительного усиления излучения.
Вот бы проверили лет этак за тридцать, причем очень основательно все его последствия, а лишь затем бы внедряли все эти изящные новшества. Причем далеко не со всеми ими такая уж и проблема, а только с теми, что связаны с внешним миром! Но дело, то в том, что они ведь стали принципиальным образом, возможны, а кто ж это будет таким вот дураком отказываться оттого, что уже стало нам теперь доступно?
Вот так и ядерными бомбами было - ведь могли бы на всякий случай создать их штук пятнадцать с каждой стороны немногим сильнее, чем та, что когда-то сбросили на Хиросиму и не к каким проблемам общемирового характера это бы ни в жизнь не привело.
Просто более страшное, чем ранее оружие и более ничего такого грандиозного.
В самом слове М-О-Ж-Н-О выражается вся суть человеческого потребительства и полного равнодушия ко всем возможным его последствиям.
И как оно было всегда, все манит и манит человека северное сияние радужных надежд, но там наверху в ионосфере идет вечная война солнечного ветра и магнитного поля. Это красиво, но мы можем еще и что-нибудь этакое удумать, что на время как-то повредит магнитному полю Земли. Дыры в озоновом слое ведь человеческих рук дело! Я думаю, мы еще и не на то способны, вот только как бы нам всем вместе не сыграть в ящик из-за веселеньких экспериментов завзятой научной детворы.








maugli1972
Комментировать могут авторизованные пользователи, чтобы обсуждать Статьи зарегистрируйтесь.
Создатель проекта - vovazlo. Спонсорами являются рекламодатели. Запуск произведен в 2008 году.

Яндекс.Метрика